Книга Серпентарий, страница 228 – Ирена Мадир

— Да!

— Хорошие мальчики умеют просить.

— О Морок! Умоляю, Пташка! Используй меня! Пожалуйста!

Она застонала, довольная его словами. Нура начала двигаться вверх-вниз на нем, опираясь на его грудь.

— Даже лучше, чем я представлял, – судорожно глотая воздух, проскулил Уроборос. – Ты прекрасная наездница…

Нефритовые глаза проходились по Пташке, по ее подпрыгивающей груди, по ее прикушенной губе и по тому, как соединялись их тела. Его собственнический взгляд и желание в нем приближали к пику только быстрее.

Оргазм взорвался в теле, вырывая крик из горла. Нура замерла, невольно сжимая ноги и царапая кожу Уробороса перед тем, как расслабленно опуститься на него. Она вспотела, а еще у нее побаливали мышцы… Придется поупражняться в «скачках»…

— Пташка, – болезненно застонал Уроборос.

Нура не сразу поняла, чего не хватает… Спермы. Ну конечно, ее Змей обещал быть хорошим мальчиком, и он выполнял приказ Пташки – не кончал, ведь она не разрешала.

— Твоя очередь, – пробормотала она.

Однако этого хватило, чтобы Уроборос приподнял ее и опустил на одеяло, а сам пристроился сзади, приподнимая ее бедра и снова вводя свой член внутрь ее влагалища.

— Скажи еще раз, Пташка. Пожалуйста, скажи это…

— Я твоя. Только твоя, мой Змей.

Несколько грубых рваных толчков – и Нура почувствовала, как его семя заполняет ее, а сам он наваливается сверху. Тяжелое тело вдавливало в матрас, но ей было плевать.

Плевать, что вся она потная. Плевать, что Уроборос применил Приказ. Плевать, что подумают остальные. Плевать, что он станет Драконом. Пусть становится, но он будет только ее Драконом. Просто на все плевать. Нура будет брать то, чего она захочет. Больше никто и никогда не заставит ее отказаться от своих желаний ради того, чтобы кому-то угодить, будь то собственная мать или общество.

Нет, ей плевать! Она Пташка, и у нее есть Змей. Пусть это нездорово, пусть она безумна, пусть это одержимость. Плевать! Она усмехнулась, наконец чувствуя облегчение. Она приняла решение.

Пташка прокляла саму себя на любовь Змея.

— Нура, – позвал слабым голосом Уроборос, – я не думал, что это возможно, но, кажется, я люблю тебя еще сильнее, чем раньше.

Теплое чувство разлилось в груди, и приятные мурашки покрыли кожу. Он зашевелился сверху, перекатываясь на бок. Их глаза встретились, и Нура улыбнулась, чмокнув его в нос. Уроборос криво усмехнулся в ответ, сползая вниз по кровати и обнимая свою Пташку, уткнувшись ей в грудь.

— Ты знаешь, что я вечно буду твоим? Я всегда буду слушать тебя. Тебе не нужна магия, чтобы приказывать мне. И я… Я больше так не стану делать…

Нура обняла его в ответ, целуя в макушку. Забавно, как быстро он шел на попятную, как быстро становился тем самым послушным мальчиком.

— Можешь делать. Мне нравятся наши игры со Змеем. Главное, не перебарщивай.

— Никогда, – серьезно ответил Уроборос, поднимая голову. – Я слишком люблю тебя, Нура.

— Я тоже люблю тебя, Вир. И ты – мой выбор.

Он улыбнулся озорной ребяческой улыбкой, нежно целуя и выдыхая прямо ей в рот:

— Спасибо.

Когда Уроборос вернулся после душа, Пташка уже спала, не дождавшись возвращения своего Змея. Он улыбнулся, смотря на ее обнаженное тело, прикрытое снизу краем пледа.

Нура сделала выбор. Она осталась с ним, отдала себя ему. Уроборос невольно ежился от сладкой истомы, разливавшейся по телу, когда он вспоминал, как она командовала им. Это успокаивало. Если даже он начнет переходить невидимую грань безумия, Пташка напомнит ему об этом и поставит на место. Он сам выдал ей власть на подобное. Он ее раб.