Книга Серпентарий, страница 225 – Ирена Мадир

— А если я решу уйти… Ты отпустишь меня?

Уроборос расхохотался пугающим клокочущим смехом, напоминающим почти истерический. А затем в мгновение смолк, останавливаясь рядом. Так близко, что его ядовитый аромат обволакивал Нуру, вынуждал окаменеть и не шевелиться.

— Нет. Ты моя Пташка. И думаю, мы выяснили, что случится, если ты убежишь…

Нура вскрикнула, когда Змей схватил ее за волосы, потянув вниз так, чтобы она открыла ему шею.

— Я догоню тебя. Я найду тебя, где бы ты ни пряталась. Я убью любого, кто решит, что ты его, а затем трахну тебя в его крови, чтобы ты запомнила это.

Раздвоенный язык оставил влажный след на шее, а шепот защекотал кожу.

— Чтобы ты осталась, я постоянно буду вливать в тебя яд, если это понадобится. Я сожгу весь мир, я брошу тебе под ноги трупы твоих врагов. Я дам тебе все, чего ты захочешь, любое твое желание я исполню! Дома, деньги, что угодно, моя сладкая Пташка. Просто… люби меня. – Уроборос уперся лбом в ее лоб, смотря в глаза.

Нура почти задыхалась от его слов. Его чувства, его безумная любовь тяжестью обрушились на ее невидимые крылья свободы. Она хотела бы сказать, что все это не для нее, что она просто человек, что это нездорово, но… Что-то внутри нее не позволяло ей ответить так, оттолкнуть его. Что-то внутри жаждало опасных игр. Это что-то хотело присвоить себе Змея, приковать его к себе, чтобы вечно слушать его мучительно-ласковое шипение.

Неужели она такая же? Неужели готова принять это? Принять его?

Рык Уробороса прорезал комнату, а Нура взвизгнула, когда он вдруг перекинул ее через плечо, широкими шагами продвигаясь по коридору к спальне. Его рука лежала на ее бедре, но двинулась выше…

— Ты не надела белье? – Его пальцы поднялись, вжимаясь между ног.

— Прекрати! – Нура наконец пришла в себя и ударила Змея по спине.

Уроборос грубо скинул ее на кровать.

— Что ты делаешь? – сдавленно спросила она, оттягивая футболку, чтобы прикрыться. Она завороженно смотрела за тем, как он стаскивал с себя одежду, оставаясь по пояс голым. Проклятие! Конечно, она и так знала, что он собирается делать!

Рот Змея перекосил жутковатый оскал, а глаза широко распахнулись. Миловидное лицо исказилось от неясной эмоции. Уроборос выглядел так, будто прямо сейчас окончательно сошел с ума и больше ему ничего не поможет.

Это пугало и одновременно возбуждало. Нура злилась на себя за то, что она вместо того, чтобы остановить все это, сбежать и позвать на помощь, ощущала неправильное желание…

— Я хочу, чтобы ты поняла, кто я, и осталась. – Уроборос склонился, упираясь руками в кровать по обе стороны от головы Нуры. – Я зло, Пташка, я новый Дракон. И ты принадлежишь мне.

— Я никому не принадлежу, – пробормотала она, цепляясь за остатки собственной вменяемости.

— Посмотрим. – Усмешка Змея терялась в обжигающем поцелуе.

Раздвоенный язык толкнулся в рот Нуры, щекоча нёбо. Она пыталась сдерживаться, не поддаваться на очередные игры, но снова растворялась в Уроборосе. Ее язык скользнул между его губами, и острые ядовитые клыки поцарапали ее. Кровь и яд наполнили их поцелуй, делая его еще более неправильным и порочным…

* * *

Внутри Уробороса смешивались страх и злость, безумие и любовь, он отказывался бороться и отчаянно хвататься за свет внутри себя. Ему это было не нужно. Больше нет. Ему нужна была только Пташка под ним, которая отвечала ему с той же яростью, какая горела внутри него.