Книга Зацепить 13-го, страница 333 – Хлоя Уолш

— Я и сейчас волнуюсь, – пробормотала я.

— Какой-то придурок из Ройса порвал меня шипами, – буркнул Джонни.

Он осторожно сел, поставил рядом костыль и положил полотенце на правое бедро.

— Порвал тебя? – в ужасе спросила я.

Боже мой!

Тяжело выдохнув, Джонни уперся затылком в белый кафель стены.

— Уроды.

— Джонни, ты не сразу встал, – кусая губу, прошептала я и посмотрела на его бедро. – Ты долго пролежал на траве.

— Потерял сознание от боли, – нехотя признался он.

— Тебя отправляют в больницу? – спросила я, заставляя себя оставаться там, где стою, хотя мне отчаянно хотелось броситься к нему. – На обследование?

— Такой протокол на эти случаи. – Джонни тяжело выдохнул. – Фигней страдают.

Врун.

Я знаю, что тебе предстоит операция.

— Насколько все плохо? – заставила я себя спросить.

Он посмотрел на меня; глаза и теперь полны жара.

— Шаннон, я в порядке.

Опять вранье.

Джонни скрипел зубами, когда разговаривал, – было понятно, как он мучается.

Ему было больно.

И страшно.

— Ты уверен? – допытывалась я.

Он взглянул на меня; синие глаза так и пылали.

— А ты?

— Не знаю, – беспомощно пожала плечами я. – Я очень боюсь за тебя.

Услышав мой ответ, Джонни изогнул бровь, и я зарделась.

— Наверное, мне лучше уйти. – Я сцепила пальцы и сглотнула. – Пойду подожду в автобусе.

Я повернулась, торопясь уйти.

— Можешь остаться со мной?

Мои ноги приросли к полу, а сердце снова заколотилось.

— Что? – спросила я, поворачиваясь к нему.

— Пожалуйста, – сипло сказал Джонни. – Не хочу торчать здесь один.

У меня сжалось сердце и перехватило дух.

— Хочешь, я позову Гибси? – вяло предложила я.

Джонни покачал головой:

— Мне нужна только ты.

Я понимала, что нужно уходить.

Нужно выйти отсюда и сесть в автобус.

Это было бы разумно.

Но я не хотела уходить.

Потому что я не могла оставить его.

На негнущихся ногах я подошла к скамейке и села рядом.

Рассудок ничему не доверял и был настороже, но сердце ни в чем не сомневалось, а тело было более чем счастливо оказаться рядом с Джонни.

Меня влекло к нему физически, я была связана с ним эмоционально и ментально напугана.

Внутри меня разыгралась мучительная душевная битва.

Внутри отчаянно бушевала тревога за этого парня.

Я ее не понимала и не стремилась понять.

Потому что одновременно я почувствовала огромное облегчение, когда вошла и увидела его живым и способным двигаться. Я знала: Джонни боится за свою карьеру в регби, но я сейчас думала только о том, что он цел.

Облегчение и тревога одновременно пульсировали во мне, что спровоцировало мое дальнейшее поведение.

— Все в порядке, – пообещала я, беря его ручищу в свою. – С тобой все будет в порядке.

Джонни напрягся, но не выдернул руку.

Я свою тоже не убирала.

— Шаннон, мне так больно, – опустив голову, признался он. – И жутко страшно.

— Знаю, – прошептала я, придвигаясь ближе. Пальцы сами тянулись отвернуть полотенце – так мне хотелось посмотреть, насколько все плохо. – Тебе дали болеутоляющее?

Джонни судорожно выдохнул:

— Врач сделал мне какой-то укол. Думаю, миорелаксант.

— Помогает?

Он покачал головой.

— Наверняка жалеешь, что потратил на меня свой запас ибупрофена, – пошутила я, пытаясь хоть как-то отвлечь его от тягостного состояния. – Сейчас бы пригодился.

— Скорее мне бы пригодился транквилизатор, – угрюмо ответил он, понурив широкие плечи.