Книга После развода ты никто, страница 62 – Виолетта Вейл

— Что-то случилось с Варей?

— Физически она в порядке. Но у нас состоялся разговор, который лучше обсудить лично.

— Что за разговор?

Пауза была короткой, но неприятной.

— Варя сегодня была у меня после второго урока. Она сама попросилась поговорить.

Алиса закрыла глаза.

— Хорошо. Я приеду через полчаса.

— Лучше как можно скорее.

— С Варей что-то серьезное?

— Алиса Сергеевна, я бы не хотела обсуждать по телефону.

Эта фраза всегда означала, что уже плохо.

Алиса встала, закрыла ноутбук, взяла сумку. В холле столкнулась с Тамарой.

— Мне нужна машина. Срочно. В школу Вари.

— Сейчас позову водителя.

— Нет. Я сама.

Тамара удивилась.

— Вы давно не водили.

— Вспомню.

Через три минуты Алиса уже сидела за рулем своего старого темно-серого автомобиля, который почти год стоял в гараже номер два и использовался редко. Доступ к гаражу, как оказалось, изменили, но Тамара знала временный код. Алиса не спросила, откуда. Сейчас было не до этого.

Машина завелась со второго раза.

Руки легли на руль неловко, как на старую привычку, которую долго вытесняли водители, расписания и фразы Кирилла: «Зачем тебе самой? Петр отвезет». Но через несколько минут тело вспомнило. Поворот, светофор, зеркало, тормоз. Город двигался вокруг, не спрашивая, готова ли она.

Она написала Марку голосом через автомобильную систему:

«Звонок из школы. Психолог просит приехать. Варя сама пришла к ней поговорить. Пока не знаю, что случилось».

Ответ пришел текстом, система зачитала ровным голосом:

«Не спорить. Выяснить, кто присутствовал, что зафиксировано, какие выводы. Ничего не подписывать без чтения. Запишите разговор после предупреждения или ведите подробные заметки сразу после».

Потом, через минуту, еще одно:

«И главное — не обвинять дочь при посторонних».

Алиса почти горько усмехнулась.

Будто она могла.

Школа «Альтаир» была частной, красивой и дорогой. Кирилл выбрал ее за репутацию, закрытую территорию, сильные программы и отсутствие «лишней публичности». Алиса тогда соглашалась: Варе нужна хорошая среда, а не районная война за внимание учителей. Теперь ворота школы, охрана и ухоженный двор показались частью того же мира, где все неприятное принято формулировать мягко и фиксировать аккуратно.

На входе ее уже ждали.

Секретарь проводила Алису в кабинет психолога. По пути Алиса увидела Варин класс за стеклянной дверью: дети писали что-то в тетрадях, учитель ходил между рядами. Вариного места не было видно.

Кабинет Анны Викторовны находился в конце коридора. Светлые стены, два кресла, низкий столик с песочными часами, полка с игрушками для младших детей, коробка салфеток. На подоконнике стояло растение с длинными тонкими листьями.

Варя сидела в кресле у окна.

Маленькая. Очень маленькая в этом взрослом кабинете.

Она подняла глаза на мать и сразу отвернулась.

У Алисы все внутри упало.

Не от злости.

От предчувствия.

Анна Викторовна встала из-за стола. Женщина лет сорока пяти, мягкая внешне, но с внимательным взглядом. Не похожа на Ингину Елену Викторовну. В ней не было офисной гладкости. И все же Алиса напомнила себе: мягкость не равна безопасности.

— Спасибо, что быстро приехали.

— Что случилось?

Психолог посмотрела на Варю.

— Варя сегодня рассказала, что дома ей тревожно.

— Это правда, — сказала Алиса.