Книга После развода ты никто, страница 115 – Виолетта Вейл

Он написал:

«Посмотрю. Инга отстранена от семейного процесса. Материалы передает внешним юристам».

Пауза.

Алиса ответила не сразу.

«Хорошо».

Одно слово.

Ни благодарности, ни тепла, ни облегчения.

Кирилл понял, что именно этого и заслужил.

Дома Алиса встретила его не в холле, а в кухне.

На столе лежали бумаги. Не в серых папках, не в черных, не в юридически пугающих обложках. Просто распечатки, карандаш, две чашки чая, детские рисунки, отодвинутые к краю. На холодильнике висел новый лист Миши: дом без замка, вокруг четыре человека, а над ними большая пицца вместо солнца.

Варя делала уроки в своей комнате. Миша строил что-то с Тамарой в игровой. Дом был тихим, но не мертвым.

Алиса сидела за столом в темно-зеленом свитере, волосы собраны небрежно, лицо усталое. Без макияжа, без обручального кольца, без прежней мягкой готовности сгладить разговор до того, как он станет опасным.

Кирилл остановился в дверях.

— Можно?

Она подняла глаза.

— Это кухня.

— Я спрашиваю не у кухни.

Алиса помолчала.

— Входи.

Он сел напротив.

Пару секунд они молчали.

— Инга ушла из процесса? — спросила Алиса.

— Да.

— Документально?

— Завтра будет письмо от внешних юристов.

— Хорошо.

Он едва заметно усмехнулся.

— Ты теперь тоже веришь только протоколу?

— Нет. Протоколу я верю больше.

— Справедливо.

Она подвинула к нему распечатки.

— Это проект новой версии. Дом закрепляется за детьми до совершеннолетия Миши. Без права продажи, передачи, залога или вывода из структуры без согласия обоих родителей и отдельного разрешения, если потребуется. Я остаюсь там, где дети проживают основное время. Ты имеешь равное участие в воспитании, график согласовываем заранее. Решения по школе, лечению, психологам — только совместно.

Кирилл читал молча.

Алиса продолжила:

— По первому проекту Марк предлагает оценку вклада через независимого эксперта. Моя доля не формулируется как подарок или компенсация за брак. Это признание фактического участия и средств. Часть активов или денежный эквивалент — после оценки. Плюс отдельное соглашение по моей финансовой независимости, чтобы я не зависела от твоего «содержания».

Он поднял глаза.

— Ты хочешь долю в компании?

— Я хочу то, что будет справедливо и не разрушит детям жизнь. Форму пусть считают юристы. Но это не будет милостыня, Кирилл.

— Я понимаю.

— Нет, я повторю. Не квартира за хорошее поведение. Не содержание на год. Не «спасибо за брак». Не красивая подачка, чтобы я молчала. Я хочу признанную долю в том, что строила.

— Я понимаю, — сказал он снова. — Теперь понимаю.

Она смотрела на него долго.

— Хорошо.

Он вернулся к документам.

— Дом за детьми — согласен. Без отчуждения — согласен. Проживание детей…

— Основное со мной, — сказала Алиса.

Кирилл замолчал.

Вот она, главная линия.

— С твоим равным участием, — добавила она. — Не воскресный отец, не гость. Но Миша пока слишком тревожен. Варя тоже. Им нужен один устойчивый бытовой центр. Сейчас это я. Не потому что ты не отец. Потому что ты слишком долго был расписанием.

Он принял удар молча.

— Я могу забирать их на два будних вечера и один выходной с ночевкой, когда психолог подтвердит, что Миша готов?

— Да. И дополнительные дни по договоренности. Праздники делим заранее. Каникулы — пополам или как детям лучше.