Книга Собственность жестокого, страница 81 – Хельга Дюран

Кирилл тоже казался мне этаким благородным джентльменом, и что по итогу?

Сердце подсказывало мне, что я не готова прощаться с Бугром. Не сегодня, не сейчас…

— Ульяна Игоревна! — выскочил из машины Андрей, вмешавшись в наше прощание с маминым вдовцом. — Звонили из больницы!

Боже, что там? Счастье или ещё одна смерть? Я согнулась напополам, уперевшись руками в колени, пытаясь отдышаться, чтобы принять новость от Андрея, как удар.

— Я поеду с тобой, Ульяна! — предложил Бугор, даже не зная, как и я, что случилось. — Поеду, — повторил он. — Задержусь ненадолго.

Я очнулся с глухой болью в плече, словно меня пронзили огненным копьём. Мое сознание медленно возвращалось, муть в глазах постепенно рассеивалась. Я сразу понял, где нахожусь. Этот омерзительный до рвоты запах лекарств и дезинфицирующих средств ни с чем не перепутаешь.

В палате было тихо, только какая-то херня размеренно пищала, действуя мне на нервы. Я потерялся во времени и пространстве. Какое сегодня число? Как долго я был в отключке? Пару часов, скорее всего, раз солнце за окном близится к зениту.

Воспоминания о ночных событиях были противно реалистичны. Боль в теле напомнила мне, насколько жесток и безжалостен мир, в котором я живу.

И всё же я жив, а кому-то повезло меньше.

Медсестра очень вовремя вошла в палату и обеспокоенно подскочила ко мне.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась она, снимая с меня какие-то трубки и провода.

— Не знаю, — честно признался я, еле ворочая языком, прилипшим к нёбу. — Моя жена… Она уже уехала домой?

— Сначала я позову вашего лечащего врача, а потом разыщу вашу жену, — пообещала женщина и вышла из палаты.

Через пару минут пришёл щуплый мужичок с аккуратной бородкой и задал мне нескончаемую прорву вопросов относительно самочувствия. Полчаса мурыжил, если не больше. Только в жопу не заглянул, а так всего облапал и обсмотрел. Я хотел, чтобы он от меня поскорее отцепился, а вместо него ко мне прицепилась Ульяна. В конце концов, мне это остопиздело, поэтому я попытался сесть на кровати.

— Не двигайтесь, Руслан Валерьевич! — приказным тоном рявкнул на меня врач.

— Чё это? — рыкнул я в ответ и всё же сел.

Башка закружилась, помещение поплыло перед глазами, как после смачного такого пропущенного удара в голову. Я с трудом словил фокус, и головокружение отступило.

— Вы два дня были в коме! — пояснил врач. — Ложитесь обратно!

Два дня? Да ладно? Охуеть!

Нужно выбираться отсюда. Я должен быть в строю, чтобы защитить жену.

Мои мысли вошли в режим боевой готовности, разум был направлен уже за пределы этих стен. Я знал, что каждая секунда важна, и мои враги никогда не спят. Как там моя девочка? С ума сошла, наверное, от горя, а я всё это время провёл здесь овощем, блять!

Под возмущённые вопли доктора я намотал на бёдра простыню, которой был укрыт, а затем поднялся с постели, игнорируя боль и слабость в ногах. Я почувствовал огонь, разгоняемый по телу всплеском адреналина, какой бывает перед яростной схваткой.

Домой! К жене и ребёнку!

Я бандит, и это означало, что я не могу позволить себе валяться в больничной койке, в то время как моя семья беззащитна. Когда-то я присягнул сам себе, принял эту жизнь, состоящую из смертельной опасности и бесконечной борьбы. Позволив себе такую роскошь, как жену и ребёнка, я взял на себя такую огромную ответственность, которая едва ли не больше меня самого.