Книга Моя идеальная, страница 310 – Настя Мирная

Водит тонкими пальчиками по моей грудной клетке. Накрываю её руку ладонью.

— Я понимаю, девочка моя, что ты ни в чём не виновата. Я готовился к тому, что будет гораздо хуже. Давай так, — отсекаю, поднимаясь с постели, — я сделаю тебе сладкий зелёный чай и принесу заварные пирожные. Если после этого ты захочешь взбитые сливки, то я поеду и куплю. Согласна?

— Да, Тём. Спасибо. — улыбается жена, натягивая на налившуюся грудь одеяло.

Быстро целую и иду на кухню, раздражённо кося взгляд на часы на микроволновке. Продираю пальцами спутанные волосы и устало тру воспалённые глаза. Если так будет продолжаться и дальше, то я просто сдохну от переутомления.

Нет, я не позволяю себе раскисать, но иногда накатывает слабость и хочется просто отрубиться на сутки, сбежав от реальности. Кукуха уже едет конкретно.

Завариваю любимой чай, а себе варю крепкий кофе, потому что если пирожные не помогут, то придётся ехать в супермаркет.

Настя действительно старается не перегибать палку. После того, через что она меня протащила во время второго триместра, сейчас это только глухие отголоски. Возросли не только аппетиты в еде, но и сексуальные тоже. Иногда она ведёт себя как самка в течке. Особенно, когда посреди занятий по тактике или стрельбе мне прилетает месседж, что ей срочно нужен секс и она ждёт меня возле машины.

Вспоминая об этом, растягиваю губы в улыбке, потому что сколько бы я на неё не бурчал за такие выкрутасы, каждый раз срывался и выполнял все её капризы, какими бы странными и неожиданными они не были.

После кучи статей и блогов, которые я прочитал, был готов к чему угодно, поэтому и смирился с её странностями, как бы тяжело ни приходилось. Не могу иначе. Я вообще не понимаю мужиков, которые говорят, что невозможно понять беременную женщину.

Я свою отлично понимаю. Ей ведь тоже непросто. Учёба, практика, бессонные ночи, постоянная боль в спине. К тому же все её просьбы не просто, чтобы "поканючить", а потому, что её гормоны сходят с ума, но она реально старается бороться с ними.

Мы много разговаривали на эту тему и обсуждали, как с этим справиться. Если раньше мне через день приходилось подрываться среди ночи, то раз в одну-две недели — вообще не проблема. Когда родится ребёнок, нам совсем будет не до сна, поэтому надо начинать привыкать.

Входя в спальню, натягиваю улыбку, давая понять, что реально не злюсь. Моя девочка приподнимается. Отставляю поднос и взбиваю подушку, подкладывая ей под спину.

— Спасибо, любимый. Ты — лучший. — улыбается жена, вгрызаясь в пирожное. — Ты меня балуешь. Я скоро стану похожа на неваляшку.

— Ты будешь самой красивой и любимой неваляшкой на свете. — смеюсь, присаживаясь на край кровати около её ног, и делаю глоток кофе.

— Артём, я действительно стараюсь не напрягать тебя сильно. — толкает полушёпотом, цепляя мой взгляд. — Я знаю, что ты очень устаёшь. Учёба, работа, весь быт на тебе, так ещё и я. Извини, родной, я буду сдерживать свои порывы.

— Любимая, — сиплю, сжимая её пальцы, — всё нормально. Правда. Я понимаю, что ты в этом не виновата. Надо потерпеть ещё шесть недель, и тогда будем вместе вешаться, потому что малыш будет задавать жару нам обоим.

Она тихо смеётся, опуская ладонь на живот, которую я накрываю своей рукой, сплетая наши пальцы.