Книга Она - моё табу, страница 184 – Настя Мирная

— Всё хорошо? — негромко спрашивает Дикий, когда отъезжаем на несколько километров.

— Да, Андрюш. — скатываюсь на обочину и ставлю машину ручник. Сажусь лицом к нему и, будто в мольбе, протягиваю к нему руки. Он подставляет раскрытые ладони под них и оборачивает пальцами запястья. С нежностью поглаживает шершавыми пальцами. Тепло его кожи проникает в меня. Согревает изнутри. — Теперь всё хорошо. Ты же рядом.

— Я всегда рядом, Манюня. Помни, что если я тебе нужен, я приду. Даже если ты не просишь об этом.

— Как сегодня?

— И всегда так будет.

— А как же сказать мне спасибо? — весело бомбит Промокашка сзади.

— А как на счёт пришибить тебя монтировкой? — выбиваю ядовито, скосив на него взгляд.

— Вот, значит, как ты меня любишь? — дуется друг, обречённо вздыхая. — Я вас свёл. Лечу спасать тебя, а ты вот так?

— А я вот так. — толкаю с усмешкой. Андрюша только качает головой, но тоже улыбается. — Но я же любя. Спасибо, Паш, что приехал, но…

Закусываю язык, но уже поздно. Все понимают, что я не договорила: «ты притащил с собой Андрея и только всё усложнил».

Избегая прямого зрительного коннекта с Диким, возвращаюсь к ветровому стеклу и выезжаю обратно на дорогу.

— Куда поедем? — спрашиваю громко.

— Меня закинь к Вальке, а сами катитесь куда хотите. — ржёт друг.

— Окей. — кошу глаза на сидящего рядом мужчину. Он же своими меня просто пожирает. Жар воспламеняется в груди и бросается к щекам. Андрей весело хмыкает и улыбается. — А мы куда? Есть идеи?

— Есть одна. Паха, ты же на хату сегодня не вернёшься? — прокручивает к нему голову.

— Предлагаешь оставить вас наедине? — поднимает вверх бровь, типа изумляется он.

— Именно.

— Пф, да без проблем. Только кровать мне не сломайте.

— Придурок! — шиплю, когда лицо краснеет ещё ярче.

Дикий перегибается через консоль и шепчет мне в ухо:

— Порядок, Фурия. Не нервничай. Просто побудем вдвоём. Посмотрим какой-нибудь фильм. Закажем пиццу. Как тебе такая идея?

— Даже целоваться не будем? — подшучиваю так же интимно тихо.

— Если захочешь. — коротко прокашливается и уточняет ещё тише: — Будем делать всё, что ты захочешь.

Почему-то мне в голову лезут идеи совсем не о фильмах и еде. Мамочки, да что со мной не так?

Затормозив на светофоре, подставляю ему губы. Короткое терпкое касание обжигает всего на мгновение.

— Мне очень нравится с тобой целоваться, Андрюша. — выдыхаю ему в рот.

— Мне тоже, Царевна.

И, сжав ладонью затылок, стирает все тени тяжело давшегося дня пряностью жаркого поцелуя. А я вдруг понимаю, что если бы у нас в запасе была целая ночь, ими бы она не ограничилась.

¹ Удачи, урод.

Для будущего одного шага недостаточно

На растянутом на всю стену белом полотне плавно сменяются картинки фильма, транслируемые проектором. Резкие яркие вспышки периодически освещают полумрак, царящий в комнате. Откинув голову на красный кожаный диван, недовольно морщусь от противного скрипа. Не квартира, а, блядь, бордель. Именно по этой причине мы с Крис сидим на полу. Рядом открытая полупустая коробка с пиццей и два стакана приготовленного Царёвой безалкогольного мохито. Объёмный звук домашнего кинотеатра создаёт иллюзию полного погружения.

В мозгу неустанно зудят десятки вопросов и мыслей. Оттого и за сюжетом триллера почти не слежу. Зато Фурия увлечённо смотрит в экран, строит теории и версии, то и дело толкает какие-то догадки. Свернувшись калачиком, устроилась головой на моих вытянутых ногах. Ведомый каким-то первобытным инстинктом защищать и заботиться, глажу по голове, перебираю шелковистые пряди, растираю их пальцами, тащась от их мягкости. Слегка склонившись ниже, тяну носом дурманящий запах её тела. Прикрыв глаза, просто наслаждаюсь недолгим этапом спокойствия и того, что она рядом.