Книга Она - моё табу, страница 183 – Настя Мирная

Рвано вдыхаю и двумя руками беру кулак Дикого. Толкнувшись вперёд, утыкаюсь лицом в шею.

— Нет, Андрей. Не он. Савельский просто трусливая мразь, способная только запугивать и угрожать. У него духу на такое не хватит. Он не может мне простить, что я тогда разорвала помолвку, вот и бесится.

Не сказать, что ложь даётся мне легко. Нет! Но она во благо, и без неё нельзя обойтись. Она необходима, чтобы защитить любимых.

— Скажи правду, Крис. — сипит с нотками усталости в севшем голосе.

Поднимаю на него лицо. Устанавливаю зрительный контакт и качаю головой.

— Это правда. Он не делал этого.

— Тогда кто?

— Ты этого никогда не узнаешь.

— Ошибаешься, Фурия. Я узнаю. И я убью того, кто заставил тебя пройти через кошмар и жить в страхе.

— Ты не такой. Ты не способен убить, Андрюша. — шелещу, пытаясь в это поверить, но непоколебимая решимость в обсидиановых провалах кричит об обратном.

Он высвобождает руку и сгребает ладонями щёки. Ткнувшись лбом в переносицу, хрипит тихо, но уверенно:

— Ты понятия не имеешь, на что я способен, чтобы защитить и отомстить за любимую девочку. Как только буду уверен, что это уёбище, вопреки твоим заверениям — насильник, его труп выловят в Босфоре.

— Андрей…

— Тихо, Фурия. — притискивается губами ко моему рту, вынуждая заткнуться. — Молчи. Я больше не хочу слушать твою брехню. Не знаю, почему ты молчишь, но уверен, что причины у тебя на то весомые. Пусть так. Я больше не стану спрашивать. Но я не сдамся и узнаю правду.

— Не надо. — всхлипываю с ужасом.

— Только не плачь, Манюнь. Не могу твои слёзы видеть. Иди в машину и поехали отсюда. Не хочу оставлять тебя здесь. Переночуешь сегодня у Пашки на квартире, ладно?

— Д-да… — киваю, прибиваясь к его губам в безмолвном требовании.

Андрюша ласково целует, пока дрожу в его руках. Только выжженный до капли кислород заставляет оторваться друг от другу.

— Иди, Крис. Я следом.

Он стирает пальцами следы от пары не удержавшихся в глазах слезинок. В эту секунду мне даже на несколько минут не хочется с ним расставаться, но если выйдем вместе, у многих появятся вопросы. Резкими движениями насухо вытираю лицо и высовываю голову за дверь. Убедившись, что там никого нет, выхожу. Уже у подножия лестницы вижу идущего по пятам Андрюшу. Как и обещал, из виду меня не упускает. Останавливаюсь, якобы ожидая его.

— Я попрощаюсь с папой и дядей Гошей. — шепчу тихо, зацепившись взглядом за нашивку на груди. Знаю, что ему не нравится эта идея. — Всё хорошо. Не переживай. Буду через минуту.

Ничего не ответив, Андрей выходит, а я направляюсь в гостиную. Бесстрашно встречаю злобный взгляд Саши. Своим посылаю его на х*й. Прохожу мимо и чмокаю отца в щёку.

— Я убежала, папочка. Не злись только. Сегодня у Пашки останусь, так что не жди.

— Нет, Кристина, ночевать ты будешь дома. — строго информирует папа, столкнув брови вместе.

Копирую выражение его лица и складываю руки на груди.

— Мне девятнадцать, пап. Я год прожила сама по себе. Не пытайся меня контролировать.

— Не строй из себя самостоятельную. — рычит он.

— Пока, папа. — бросаю и выбегаю из дома.

Нет сил с ним спорить и ругаться. Я всё равно уйду, и мы оба это знаем, только перед этим устроим скандал, а мне на сегодня хватило потрясений.

Пашка с Андреем курят сразу за выездными воротами. Запрыгиваю в Хаммер и останавливаюсь возле них. Андрюша заскакивает на соседнее пассажирское сидение, затушив половину сигареты. Макеев делает ещё пару затяжек и только после этого забирается назад. Оба хмурые и молчаливые.