Книга Счастье для Хулигана, страница 92 – Настя Мирная

— Всё расскажешь? — вскидываю на него увлажнившиеся глаза.

— Да, Диана.

— Тогда сядь и сиди. Я сама закончу.

Подтолкнув его к стулу, поднимаю соль и добавляю другие специи, перетёртые помидоры и зелень. Сливаю воду с макарон, наблюдая за Егором. Он так же смотрит на меня. Быстро доделываю блюдо и ставлю тарелки на стол. Парень подскакивает и забирает у меня тару с едой.

— Я помогу. Не спорь.

Выдыхаю, сдаваясь. Заканчиваю с салатом. Гора нарезает хлеб. Достаю из бара бутылку красного вина.

— Где штопор? — спрашивает, забирая у меня вино.

Понимаю, что спорить бесполезно, поэтому даю ему штопор, а сама достаю бокалы. Парень заполняет их, и мы садимся за стол. К еде не прикасаемся, устанавливая зрительную связь.

— Пообещай, что отнесёшься спокойно. Что не будешь плакать и кричать.

— Ты меня пугаешь. — выпаливаю задушено.

Егор перегибается через стол, сгребает мою кисть и, возвращаясь на место, подтягивает на середину стола. Медленно пропускает свои пальцы между моими и сжимает.

— Ничего страшного. Просто я знаю тебя, Дикарка. Поэтому и предупреждаю. Отнесись спокойно. Ладно?

— Я постараюсь.

Пусть и слабо уверена в том, что у меня это получится. Но всё же киваю для убедительности. Подвернув губы, сосредоточиваю всё внимание на его словах. Вторую руку сжимаю в кулак под столом. Глубоко вдыхаю носом и выдыхаю через уголок рта.

— Утром, когда ехал на работу, была небольшая авария. — вытягиваюсь как струна. Опять авария. Они всю жизнь меня преследуют. — Ничего ужасного не случилось. Один идиот слишком спешил на совещание и отвлёкся на телефон. Проехал на красный. Я успел вильнуть и мою Бэху задело только по касательной. Телефон разбил, потому что держал его в руке, и он вылетел в окно. У меня только фара и бампер разбиты и погнут багажник.

— Что с рёбрами? — шелещу тихо, пусть и хочется кричать, что мне срать на его машину.

— Ударился об руль. Ушиб и синяки. Два дня не выходил на связь, потому что забрали в больницу на обследование. Хотели оставить на сутки, чтобы понаблюдать, а я очень яро хотел оттуда свалить. Так разбушевался, что мне седативное въебали. Я отрубился и только ближе к сегодняшнему вечеру очухался. Из больницы сразу к тебе приехал.

— Тебя выписали?

— Почти. — ухмыляется довольно. — Скажем так, выписки я не дождался. Не хотел, чтобы ты накрутила себя. Завтра заеду в больницу. Но все анализы в норме. Не переживай, малышка.

— Почему же сразу не сказал? — высвобождаю руку, убирая за ухо прядь волос. — Зачем делал вид, что всё хорошо?

— Дианка, — встаёт со своего места и вынуждает меня тоже подняться. Обнимает, шепча в ухо, — сначала не хотел вешать это на тебя. Потом собирался сказать, но позже. Я жрать хочу до голодного обморока. Я последний раз ел позавчера утром.

Я осторожно поддеваю край рубашки, скатывая взгляд вниз. Гора не сопротивляется. Отходит на полшага назад, позволяя мне задрать ткань выше. Вгрызаюсь в губы до крови, когда вижу сплошной чёрный синяк, расплывшийся почти по всем рёбрам. Мягко провожу по нему кончиками пальцев, почти не касаясь. Он накрывает мою кисть ладонью и прижимает к боку. Подрываю голову к его лицу.

— Всего лишь ушиб. Болит, да, но не критично. — поднимает руку и прижимает к щеке. Стирает большим пальцем слёзы, которые просто не получается сдержать. — Всё будет хорошо. Ничего страшного.