Книга Счастье для Хулигана, страница 223 – Настя Мирная

— Кажется, кому-то срочно нужен перепих. И я говорю не только о тебе, Ди. — режет, сгребая мои пальцы и прикладывая их к твердокаменному члену.

— Мне нужен нормальный секс, а не это. Мне не хватает той дикости. — предупреждая новые аргументы, прикладываю пальцы к его губам. — Я знаю и понимаю, что нельзя. Но хотеть ты мне не запретишь.

— И не собирался. Как только спадут все запреты, я так тебя оттрахаю, что будешь молить о пощаде, а пока придётся тебе получать оргазмы, стараясь не уснуть. — смеётся Гора, беря за руку и ведя за собой в спальню.

— Ты же хотел есть. — пищу, глядя, как он срывает футболку и скатывает шорты с боксерами, выпуская на волю перекачанный кровью агрегат.

— Сначала аперитив, Дикарка.

Посмеиваясь, подцепляет край домашнего платья и стягивает через голову, оставляя меня в одном нижнем белье. Запускает руку в трусы, жадно трогая пальцами и размазывая смазку по клитору.

— Блядь, как же ты течёшь. Обожаю, когда ты возбуждена. — спуская трусы, приникает ртом к сверхчувствительной груди, посасывая сосок. Учитывая степень обострения нервных окончаний, уже этого достаточно, чтобы кончить. — Ложись на бочок, Ди. — командует, подтягивая меня к постели.

Осторожно укладываюсь на бок, любимый прижимается сзади, поднимает мою ногу, удерживая под коленом, и ужасно медленно просовывает в меня член. Захлёбываюсь оргазмом на втором же толчке, но Северов не прекращает томных движений бёдрами, пока не вырывает из меня новый крик. Лишь после этого заливает влагалище потоком семени с протяжным хриплым рыком. Отпускает мою ногу, но только чтобы перебросить кисти на живот.

— Не потревожили малышек?

— Они всегда успокаиваются, когда ты рядом. Им тоже без тебя не спится.

— На этой неделе постараюсь не брать ночные дежурства, чтобы побольше побыть с вами. Но ничего не обещаю. — добавляет быстро, пока я не успела настроить себе иллюзий.

— И не надо обещать. — трещу вполголоса, понимая, что начинаю медленно скатываться в сон. — Этого уже достаточно.

— Люблю вас, мои девочки. Отдыхайте. Особенно ты, родная. Тебе нужны силы. — это последнее, что я слышу, прежде чем отключиться.

Через четыре дня уже обустраиваюсь на новом месте. Комната мало смахивает на стандартные больничные палаты. Тёплый оттенок стен, занавески на окнах, живые цветы на подоконниках, плазма на стене, небольшой холодильник в углу, электрический чайник, пара стульев и даже маленьких диванчик. Не родной дом, конечно, но в таких условиях можно пожить какое-то время.

— Ещё что-то надо? — спрашивает Егор, занося две сумки, одну с вещами, а вторую с продуктами.

— Ты йогурт мне купил?

— Купил. Клубничный и вишнёвый. И три кило конфет.

— Три? — вскрикиваю, распахивая широко глаза. — Зачем столько?

— Затем, любимая, что ты минимум половину килограмма приговариваешь за день.

— Не правда! — смеюсь, шагнув в кольцо надёжных рук.

Муж тут же целует в макушку и ржёт.

— Я каждый день их досыпаю в вазу, чтобы ты не жаловалась, что много ешь.

— Сволочь. — шуршу, вбивая в лёгкие терпкий запах Горы. — Моя любимая, заботливая сволочь.

В последние дни он действительно все ночи проводил дома. Оказывается, я совсем отвыкла засыпать в его объятиях. Он пообещал, что после рождения дочек первый месяц проведёт с нами и будет во всём помогать. А потом вернётся в стандартный ритм работы с ночными сменами не больше двух раз в неделю. Даже его наставник понимает, что женщине с тремя младенцами не вытянуть в одиночку.