Книга Счастье для Хулигана, страница 212 – Настя Мирная

— Какого хуя ты делаешь?!

Ехидная, злобная усмешка искривляет персиковые губы, когда с новым ударом опускает блядскую плётку на пресс. С оскалом шлёпает по второму бедру. Я так матерюсь и дёргаюсь, что кровать ходуном ходит, а королева демонов хохочет. Но есть проблема похлеще, чем невозможность вырвать у неё оружие и отхлестать им же по заднице. Меня заводит то, что она делает. Никогда не думал, что у меня имеются мазохисткие наклонности. Оказывается, я нихера о себе не знаю. Как и о девушке, на которой собираюсь жениться и носящей моих детей. Каждый удар наносит с холодным расчётом на лёгкую боль и нихрена не лёгкую силу похоти. Я собираюсь спросить с неё за каждый удар, но не сейчас.

Раздувая крылья носа, со свистом втягиваю воздух и резко приказываю:

— Хватит.

Ди замирает. Судорожно вдыхает. Облизывает губы. Отбрасывает плеть в сторону и перекидывает ногу через мои бёдра. Разводит свои шире и откидывается назад, выставляя на обозрение залитую соками возбуждения сокровищницу и блестящий, розовый камушек. Двигается выше до тех пор, пока не касается им основания члена. Раздвигает пальцами вспухшие лепестки и, задевая костяшками мою плоть, начинает с силой водить по клитору, доводя до полного безумия нас обоих. Ротовая полость пересыхает до самого желудка. Вся жидкость скатывается туда, где она сидит. Дышим шумно, тяжело, рвано. Дианка перебрасывает кисть, которой опиралась на мои ноги позади себя, и сдавливает агрегат. Одной рукой дрочит мне, а второй себе. Оба стонем, повышая децибелы. Когда член начинает пульсировать, притормаживает. Уверен, что это очередная пытка, но Дикарка встаёт на колени прямо над ним и наращивает скорость. Тугая струя вырывается из отверстия, заливая её промежность. Демоница собирает сперму с половых губ и клитора двумя пальцами и загоняет в себя. Рычу от облегчения и неспособности оторвать от неё жадного взгляда. Толкаюсь бёдрами вверх, чтобы наконец-то оказаться в ней, но стерва подаётся выше.

— Диана… — рыкаю безумно.

Она улыбается и бомбит:

— Люблю твои губы. И то, что ты ими делаешь.

Её намёки я понимаю без лишних слов. Киваю тяжёлой головой и хриплю:

— Иди сюда.

Дважды просить не приходится. Перебирая ногами вдоль растянутого на кровати тела, нависает неудовлетворённой плотью над моим ртом. Выгибаюсь, чтобы собрать языком её соки и не только. Жадно приникаю к влагалищу, присасываясь, словно оголодавшая пиявка. Зубами чешу по клитору. Размашистыми, быстрыми движениями языка вырываю из неё гортанные стоны и поверхностные вдохи. Беру во внимание время нашего воздержания и степень её возбуждения и с тонким расчётом подвожу её к обрыву, но как только готовится провалиться в пропасть экстаза, удерживаю на самом краю.

— Его-о-о-ор… — жалобно хнычет Дикарка. — Пожа-а-алуйста… Я тебя уже два раза довела до оргазма. Не мучай.

Растягиваю рот в ухмылке и высекаю:

— А ещё ты меня пристегнула и отшлёпала, блядь, плёткой.

— Тебе нравилось. — уверенно заявляет, опускаясь ниже.

Несколько раз бью языком по пульсирующему от неудовлетворения клитору, но кончить снова не даю.

— Северов!

— Отстёгивай. — командую безапелляционно. Она медлит. Опускает голову, чтобы увидеть, как в моих глазах пляшут дьяволята. Знает, что её действия я без ответа не оставлю, поэтому и побаивается. — Отстёгивай. — повторяю уже мягче. — Я не стану причинять боль любимой девушке, беременной моими детьми. Тебе тоже понравится. Обещаю.