Книга Счастье для Хулигана, страница 213 – Настя Мирная

Её вдох судорожный и влажный. Глаза распахиваются шире. Только от её мыслей и расшалившегося воображения смазки становится больше. Она капает на губы и подбородок. Слизываю её и всасываю в рот клитор, слегка прикусывая. Она взрывается, но удовольствие не продлеваю, как делаю это всегда. Даю только десятую часть того, что обещал минуту назад. Дианка роняет задницу на грудную клетку, вжавшись лбом в стену и жадно хватает кислород. Как только её отпускает, берёт с тумбочки ключи и, наконец, даёт волю моим рукам.

Стоит только ощутить свободу, сгребаю талию и в одно движение перекатываю её на спину, накрыв своим телом, но сохраняю достаточное расстояние, не забывая о её положении. Дикарка дышать перестаёт, когда накрываю её рот, смешивая на рецепторах наши вкусы. Целую жадно, но без особого напора. Она и так заведена до грани, и нет смысла доводить её до состояния полного сумасшествия. Оставив в покое распухшие изгрызенные губы, приступаю к терзанию начинающей наливаться груди. Лижу, целую и кусаю соски. Даже по её реакциям понимаю, насколько чувствительнее стала грудь. У самого же башню рвёт от мыслей, как её будут сосать наши дети. И я. Никогда и представить не мог, что беременность и материнство способны так отравить похотью мой организм. Вжимаюсь членом ей между ног. Она так обильно его поливает, что ствол растёт на глазах.

Хрипом вбиваю ей в ухо:

— Перевернись, встань на колени и прогни спину. — моя заводная девочка послушно перекатывается на живот и становится на четвереньки. Но я хочу не этого. — Руками возьмись за изголовье. — выполняет без промедления весь инструктаж. Выгибается в пояснице, оттопырив сочный зад. Скользнув по вспотевшей спине и ягодицам губами, прикусываю. Диана взвизгивает. Я возвращаюсь обратно. От живота веду ладонями к груди, чтобы с лёгкой силой сдавить нежную плоть. Приклеиваюсь к её спине, покусывая шею и загривок. Она шипит, вжимаясь задом в пах. — Расслабься. Полностью. — ныряю пальцами между лепестков. — М-м-м… Вот это потоп. Какая ты мокрая… Горячая… И… — куснув за шею, нащупываю рукоять плётки. Рывком поднимаюсь и резко, но слабо опускаю кожаные полосы на розовые ягодицы. Дикарка дёргается, сильнее сдавливая металл. — Моя любимая сучка. — хриплю, оставив ещё одну красноватую полосу.

После каждого нового удара, трогаю её между ног, чтобы убедиться, что порка возбуждает её не меньше, чем меня. Ещё как возбуждает. Истекает таким количеством нектара, что можно армию напоить. Вот только это всё моё. Только для меня.

Бросаю плётку и собираю пальцами жидкость. Раздвигаю ягодицы и втираю в плотное колечко ануса.

— Ты хочешь так? — сипит Дианка, повернув голову.

— Нет, Котёнок. — одним долгим, затяжным рывком вхожу в её горячее лоно. — Я хочу тебя так.

Она захлёбывается воздухом ещё на моменте, когда головка оказывается внутри. Когда погружаюсь до основания, таким стоном рвёт пространство, что оглушает. Нереально медленно раскачиваюсь, то приникая к спине и целуя весь покрытый потом и мурашками периметр кожи, то, выпрямившись, глажу спину, грудь, живот, задницу, бёдра. Но с ритма не сбиваюсь. Качаю нас обоих на ленивых волнах удовольствия. Удерживаю её за бёдра, но силу контролирую, чтобы не оставить синяков на нежной коже. Вжимаю большой палец между ягодиц. Давлю, пока не загоняю внутрь. Дикарка, чего удивляться, дыхание задерживает. Верчу им из стороны в сторону до тех пор, пока не нахожу идеальный угол, разбивающий её тело мощнейшим оргазмом. Ласковая плоть сжимается вокруг члена. Плотными тисками блокирует движения и выжимает до капли. Заполняю её таким количеством семени, что понятия не имею, почему его так много, после двух следующих одного за другим оргазмов. Если бы она не была уже беременна, то точно залетела бы.