Книга Хирург для дьявола, страница 115 – Кэти Андрес

Даже как-то скучно.

Моя жизнь окончательно превратилась в режим «принцесса мафии». Сапёр, зачистив в Москве всё, что только можно было зачистить, и вернув себе полный контроль над городом, переключился на меня с той же маниакальной, пугающей методичностью.

Он меня боготворил. Это читалось в каждом его взгляде, в каждом жесте.

Он даже цветы мне подарил! Ну, как подарил…

Выглядело это максимально в стиле нашей ненормальной семейки. Я сидела на кухне, пила кофе, когда в дверях появился Малыш. Двухметровый, татуированный киллер переминался с ноги на ногу, красный как вареный рак, и прятал что-то за спиной. А потом, с видом человека, идущего на эшафот, вытянул вперед огромный, нелепо-пышный букет нежных пионов.

«Это вам, Валерия Викторовна. От командира. Он… ну, он приказал вручить, чтобы романтика была, значит», — пробасил Толик, всучил мне веник и поспешно ретировался, пока я не успела задать вопросы.

Приятно? Очень.

Бесполезно с точки зрения здравого смысла? О, да.

Но тем не менее, мой суровый, шрамированный дьявол хотя бы старался играть в нормальность.

Конечно, наши отношения нормальными назвать было нельзя при всем желании. И если у нас когда-нибудь спросят: «А как вы познакомились?», мы вряд ли сможем рассказать эту трогательную историю. «Ну, понимаете, он убил при мне человека, приставил пистолет к моей голове, а потом я вливала его кровь в его брата на грязном столе, а через пару месяцев мы занялись сексом после того, как он чуть не застрелил подчиненного».

Идеальный сценарий для диснеевского мультика, ничего не скажешь.

Ах да, о детях.

Этот вопрос зачем-то поднял Руслан несколько дней назад. Точнее, понятно зачем — мы-то не предохраняемся. Мой организм для него — зона свободного доступа в режиме 24/7. И, видимо, в его гениальном суперкомпьютере в голове сошлись цифры, и он решил, что я могу случайно залететь.

Мы лежали в кровати после очередного марафона. Я дремала на его груди, а он вдруг заговорил. Разговор был до одури неловкий. Ну, неловко было ему. Этот человек, который без колебаний отдавал приказы на зачистку картелей, вдруг начал запинаться, подбирать слова.

Мол, он вообще-то не против детей, если вдруг что. Просто, может, сейчас пока не самое идеальное время, всё еще есть небольшие риски, надо бы обсудить наши планы на будущее и всё такое.

Я слушала его бормотание, чувствуя, как внутри расползается привычная, глухая, фантомная пустота.

Тут нужен небольшой факт обо мне. И если вы сейчас начнете закатывать глаза и говорить: «Ой, да брось, медицина сейчас творит чудеса, ЭКО, гормоны, бесплодие лечится!» — нет. У меня не лечится. Медицина, конечно, шагнула далеко вперед, но она пока не научилась выращивать новые органы в пробирке.

А у меня нужных органов просто нет.

Тотальная экстирпация матки с придатками. Я не буду вдаваться в физиологические подробности и объяснять,почемумне в шестнадцать лет пришлось вырезать всё по-женски. Просто представьте, что делает с внутренними органами девочки-подростка непрерывное, жестокое насилие, инфекции, которые никто не лечит, и последующие осложнения в виде гнойного перитонита. В той больнице, куда меня привезли после побега, хирурги спасали мою жизнь, а не мою репродуктивную функцию. Внутри меня пустошь и рубцы.