Книга Бывшие. Была и будешь моей, страница 70 – Катерина Коротеева

Я подошла к входной двери, посмотрела в глазок, но его прикрыли ладонью.

Чёрт.

Не хотелось, чтобы звонки разбудили сына, поэтому я, внутренне сжавшись, открыла дверь.

И оцепенела.

На пороге стоял Артур.

Разъяренный, хищный, будто зверь, сорвавшийся с цепи.

Его глаза горели темным пламенем, скула подрагивала от напряжения. Он был похож на вулкан, готовый взорваться в любую секунду.

— Привет, Лиз, — процедил он сквозь стиснутые зубы, взгляд в упор. — Настя дома?

— Артур? Что ты…

— Проваливай! — вдруг позади раздался дикий, почти истеричный крик сестры.

Лиза

Я резко обернулась.

Настя вышла из спальни и стояла, сложив руки на груди.

Лицо бледное, глаза опухшие, губы дрожат.

Но в ее взгляде — ярость.

Настоящая, ослепляющая ярость. Я снова перевела взгляд на Артура, тот тоже испепелял ее взглядом.

Боже мой, чувствую себя в эпицентре артобстрела.

— Артур, мне кажется, ты не вовремя, — вступилась я за сестру, не совсем понимая правильно делаю или нет.

Артур скривился и решительно шагнул в квартиру, а мне пришлось отступить на шаг назад.

— Насть, мы не договорили, — его голос был хриплым, но в нем сквозила сталь.

— Убирайся! — заорала она, голос надломился, слезы снова потекли по ее щекам. — Я не хочу тебя больше видеть!

— Насть, я должен знать…

— Мне плевать, что ты должен! — резко перебила она. — Исчезни, слышишь?! Вали к своим шлюхам, ублюдок!

Она дрожала всем телом.

Я чувствовала, что она держалась из последних сил, и если Артур скажет хоть одно слово — она сломается.

Между ними искрила напряжённость, будто натянутый до предела провод, готовый вспыхнуть от малейшей искры.

Я посмотрела на Артура.

Тёмный, мрачный, напряжённый, как зверь в ловушке. В глазах не было злобы. Только боль, скрытая за железной маской.

Но Настя этого не видела.

Для неё он был врагом номер один.

— Я никуда не уйду, пока мы не поговорим! — рыкнул он, его голос хлестнул воздух, как удар кнута.

Настя дёрнулась, её пальцы вцепились в дверной косяк, костяшки побелели.

— Нам с тобой больше не о чем говорить, понял? — крикнула она. Голос сорвался, дрожал, но она держалась.

Их гнев заполнял коридор, давил, становился невыносимым.

— Хватит орать! — не выдержала я. — Вы мне тут сейчас ребенка перепугаете! Имейте совесть!

Настя вскинула голову, в её глазах сверкнул гнев, но я не дала ей вставить ни слова.

— Артур, тебе лучше уйти, — твёрдо заявила я, указывая на дверь.

Он посмотрел мне в глаза, в его взгляде мелькнуло что-то дикое, но… он сделал шаг назад.

— У тебя пять минут, — прошипел Артур на Настю, — я подожду в машине, ты оденешься и выйдешь, поняла? Или я за себя не отвечаю.

Мой желудок сжался от его тона, но Настя даже не дрогнула. Она молча смотрела ему в глаза, сжимая кулаки.

— Уходи. Ты сделал свой выбор, а я свой, — процедила она ледяным голосом.

Он замер.

На секунду мне показалось, что он сорвется и рванется вперед.

— Время пошло. Я предупредил, — бросил он, прежде чем развернуться и исчезнуть в темноте подъезда.

Я закрыла дверь и медленно повернулась к сестре.

Она стояла, обхватив себя руками, и беззвучно плакала.

— Насть, что это было?

Губы дернулись, она всхлипнула, провела ладонями по щекам, стирая слезы, и шепотом ответила:

— Мы расстались.

Мои брови взлетели вверх.