Книга Бывшие. Была и будешь моей, страница 69 – Катерина Коротеева

А у нее-то жизнь продолжалась!

Каждый день происходили какие-то события, о которых я ничего не знаю.

А вдруг она попала в неприятную историю? Вдруг у нее какие-то проблемы? Или она задолжала крупную сумму и теперь ей кто-то угрожает?

Голова разрывалась тысячами вопросов, от которых волнение за сестру росло в геометрической прогрессии.

Так, Лиза, прекрати себя накручивать!

Просто нужно дождаться Настю и спросить напрямую что с ней происходит? И в этот раз она от меня не отвертится. Если у нее какие-то проблемы, тогда тем более нужно обо всём рассказать, и вместе мы найдем выход.

Обязательно найдем.

Я сделала новый глоток и посмотрела на букет в вазе. Мысли плавно перетекли к Оскару.

Теперь я точно знаю, что он чувствует ко мне, но… я не могу ответить ему взаимностью. Не могу переступить через себя.

Прикрыв глаза, я постаралась разобраться в себе, но внутри была пустота. Не просто боль или страх — абсолютная пустота. Как будто я слишком долго хоронила чувства. Выжгла их, и теперь от них не осталось даже пепла.

Почему так происходит?

Ведь он был рядом. Заботился. Поддерживал.

Он делал всё, чтобы нам с Матвеем было хорошо. Оскар принял моего сына как своего, но я не чувствовала к нему того, что должна была чувствовать.

Того, чего он ждал.

Когда-то я верила в любовь. Верила, что если человек дорог, то его прикосновения должны вызывать дрожь, а его взгляд — заставлять сердце срываться с места. Но теперь… я этого не чувствую.

Я не могу заставить себя любить, просто потому что так было бы правильно.

Мне, наверное, должно быть стыдно, но мне не стыдно. И чувства вины я тоже не испытываю.

Где-то в глубине души я понимаю: Оскар хороший мужчина. Правильный.

Идеальный.

Но он не мой.

Нельзя заставить себя полюбить человека. Это чувство либо есть, либо его нет, а врать ему я не хочу. Он не заслуживает рядом с собой женщину, которая с ним из чувства благодарности.

Он хочет взаимной любви и страсти, а этого я не смогу дать.

И сегодня я это поняла.

Глубокий вдох и медленный выдох.

Оскару нужна женщина, которая потеряет от него голову, которую будет приводить в трепет только один его голос, его запах, его улыбка, прикосновения. Та, с которой он будет гореть в одном пламени страсти.

И это не я.

Я не готова к этому. Не хочу.

Я сделала новый глоток, чтобы убрать горечь с языка, но это не помогло.

Тишина давила.

Я взглянула на часы. Насти не было уже почти час.

Где же она?

И вдруг — звук хлопнувшей двери.

Я замерла.

Настя вошла в квартиру, быстро, на негнущихся ногах, словно старалась не потерять равновесие. Голова опущена, волосы растрепаны, руки дрожат.

— Настя?

Она не ответила.

Просто скинула кроссовки, прошла (в куртке!) мимо, словно меня не существовало и захлопнула за собой дверь спальни.

А через мгновение я услышала ее глухой, подавленный всхлип.

Я сжала пальцы в кулаки, злясь на себя, что ничего не замечала.

Сестре плохо, а я эгоистка, которая о себе только и думает!

Я подошла к ее двери, но не постучала, только прислонилась к ней ладонью.

— Насть, — прошептала я в щель двери, — давай поговорим? Я волнуюсь.

Но вместо ответа сестры в дверь раздался резкий звонок, и я вздрогнула.

Кого там принесло?

Бросив последний взгляд на дверь Насти, я направилась в коридор. Сердце билось гулко, с каждой секундой тревога нарастала.