Книга Принцип неизбежности, страница 132 – Алина Аркади

— Знаешь, Павел Валерьянович уверен, что всё наладилось благодаря мне. По его мнению, именно моё появление в его доме стало началом той светлой полосы, что продолжается и сейчас.

— Я с ним согласен, Аннушка. Ты вернула ему сына и пополнила семью Игнатовых девочкой Машей. А надежда, что внуков станет больше, добавляет оптимизма. Кстати, я предложил Льву переехать и работать на меня.

— Что он ответил? – Сердце бешено стучит, потому как раньше подобные разговоры только раздражали мужа.

— Сказал, что подумает. И посоветуется с тобой.

— Даже так?

И это удивительно, потому как долгое время Лев отказывался даже обсуждать подобное. Ему хорошо там, где он вырос и применяет свои способности. Я же готова остановиться в любом месте. Главное, с ним.

— Наступит момент, когда меня не станет. – Папа прерывает рвущиеся из меня возражения жестом. – Аннушка, мне шестьдесят три. Люди не живут вечно. Глупо надеяться, что перед смертью меня не разобьёт инсульт или я буду вменяемым до последнего вздоха. В этом случае моё дело перейдёт Грише, как и забота о вас всех. Не забывай, есть ещё Костя, не понимающий пока, в какую сторону двигаться, и Соня, практически одного возраста со старшими внуками. Я бы хотел, чтобы Грише кто-нибудь помог, и желательно, чтобы этот кто-то был членом семьи. И Лев – тот самый человек, кто способен вытянуть проблемы наравне с Ярым.

— У Игнатова тоже есть… бизнес, который он желает передать сыну.

— В его случае доверенное лицо может решить все проблемы, в моём же есть большая семья, требующая внимания. Подумай.

— Пап, я подобного решения принять не могу. Всё зависит от Льва. Как он скажет, так и будет.

— Молодец, – довольно причмокивает, развалившись в кресле. – Уверен, как только вы окажетесь наедине, мозг чайной ложечкой ты ему выскребешь, но для всех он глава семьи. Верная тактика.

— Не понимаю, о чём ты… – поднимаюсь, чтобы покинуть отца и примкнуть к Тасе, которая взяла Машку на себя.

Удаляюсь, окидываемая улыбкой папы, который точно знает, что направить в нужную сторону мужа для меня не проблема, но в такого рода вопросе я жду его решения. Не хочу наблюдать метания родного человека и осознавать, что стала инициатором переезда, который ему не по нраву.

— По-моему, им очень хорошо вместе, – наблюдаю за Машей с Марком, резвящимися со шлангом, из которого струёй бьёт вода.

— О чём с папой говорила? – Тася, не переключая внимания с детей, задаёт вопрос. Она уже не раз говорила, что нужно просто ждать, но тревога не покидает.

— Снова спрашивала, когда вернутся мужчины. И о переезде.

— Серьёзно? Насколько я помню, Лев я даже слышать об этом не хотел.

— Что-то изменилось, – пожимаю плечами, желая услышать пояснения мужа. – Он обещал папе, что подумает. Это означает, что мы можем оказаться рядом с вами.

— Тебя это не радует?

— Лев только-только наладил отношения с отцом, да и матери уделяет много времени. Старается, по крайней мере. Понимаешь, у него наконец-то появилось место, куда он хочет возвращаться, и сменить его означает начать всё сначала. Я слишком много сил вложила, чтобы научить его думать не только о себе.

И когда я это произношу, вспоминаю первый год, давшийся мне тяжело. Советы мамы, которая когда-то прошла подобное с отцом, невероятно помогли и научили в первую очередь терпению. Не срываться, не упрекать, а маленькими шажками подталкивать Льва к тому, чего желаю. Я хотела семью с человеком, который привык идти по жизни в одиночку. Потребовалось время, чтобы муж научился принимать моё мнение, слышать и идти на уступки, и постоянные напоминания, что кому-то он дорог и важен. Сообщение, которое я получила вчера, давно стало кодовой фразой, означающей, что уведомление поступило именно от него. Он ещё учится, но пока я вижу, что его желание оставаться со мной такое же сильное, как и моё, двигаюсь в заданном направлении.