Книга Приват для Ректора, или Возраст имеет значение, страница 140 – Рика Лав

Я посмотрел на свои руки. Костяшки ободраны, кровь запеклась, но ничего серьёзного. Вытру салфетками в машине.

Развернулся и направился к выходу, не оглядываясь на хрипящего Андрея.

Виктор стоял у лестницы, держа Мишу на руках. Галина Сергеевна сидела на ступеньках ниже, всхлипывая в платок. Лера обнаружилась тут же, рядом с Виктором. Ну конечно, как я мог подумать, что мать будет сидеть в машине, пока тут ее сын. Когда она увидела меня, то испуганно ахнула, прижимая ладони ко рту.

— Вадим...

Я подошёл к ним, забирая Мишу у друга. Мальчик тут же обнял меня за шею.

— Папа Вадим... — прошептал он мне в ухо. — Ты правда мой папа теперь? Навсегда?

— Правда, герой. — Я взъерошил его волосы. — Навсегда.

Лера подошла ко мне, её глаза метались между мной и приоткрытой дверью квартиры, откуда доносилось хриплое дыхание.

— Что там... что ты...

— Там твой муж упал, любимая. — Она дернулась от последнего слова, распахнув голубые глаза. Я передал Мишу ей в руки, и Лера прижала его к себе, не отрывая взгляда от меня. — Неудачно упал. Думаю, самое время тебе подавать на развод. А Виктор позаботится, чтобы Андрей даже рот не раскрыл. Правда, друг?

Виктор хмыкнул, доставая телефон и набирая номер.

— Конечно, я же ДРУГ. И как друг я подтвержу, что Андрей упал сам. А пока я вызову скорую для гражданина и наряд для оформления протокола. Пусть зафиксируют его признание, которое я записал на диктофон.

Лера покачивала Мишку, судорожно гладя его по головке. Потом она подняла на меня глаза, полные слёз.

— Давай уйдём... — Она протянула одну руку, хватаясь за моё предплечье. — Пожалуйста, Вадим, давай просто уйдём... я не хочу здесь оставаться, я боюсь...

Она больше никогда не будет бояться, я сделаю все для этого. Я обнял её, прижимая к себе вместе с Мишей, создавая кокон вокруг них обоих.

— Уходим, җаным. Едем к нам домой. Туда, где вас никто больше не тронет. Никогда.

Лера

— Мамочка, а куда мы едем? — Миша вертел головой, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь за окном машины. — Мы к дяде Вадиму домой?

— Мы остановимся ненадолго, герой. Перекусим, — Вадим вёл машину, одной рукой удерживая руль, второй накрыв мою ладонь на своём бедре и поглаживая пальцы. — А потом поедем к НАМ домой.

Я молчала, сжимая губы и глядя в окно, где мелькали огни вечернего города. Всё ещё не верилось, что весь этот кошмар закончился. Что мой сын рядом, что он невредимый. Что Андрей больше никогда... никогда не сможет приблизиться к нам.

Но как я могу прийти в себя, когда боюсь поверить, что всё это реально?

Я украдкой взглянула на Вадима. Его профиль в свете фонарей казался высеченным из камня. Сильная линия челюсти, с виду жесткие губы, которые столь мягко целовали меня. Руки на руле, широкие плечи, которые обнимали меня и защищали от всего мира.

Зачем я ему?

Этот вопрос сверлил мозг с самого момента нашей встречи. Зачем такому мужчине женщина вроде меня? Я же ничего не могу ему дать!

Я мать-одиночка с грузом прошлого, которое тянется за мной грязным шлейфом. Я работала в клубе, раздевалась перед мужчинами за деньги, позволяла им смотреть на себя, потому что другого способа заработать на лечение сына я найти не смогла. У меня сын, которому нужно дорогое лечение, операции, реабилитация, а я даже не смогла найти ему нормального врача за три года.