Книга Диагноз: так себе папа, страница 102 – Вероника Лесневская

— Твоя бабушка не отвечает, - недовольно фыркаю, включая автодозвон. - Сама же нас позвала, черт бы ее… - проглатываю ругательство, покосившись на сына.

Свекобра и так против меня его настроит, не следует ей помогать. Недальновидно. Впрочем, я никогда не умела лгать и лебезить, поэтому с порога заслужила статус отвратительной невестки. Перевоспитать меня не получилось - я успела сбежать из этой неадекватной семейки. Жаль, что ребенка оттуда вырвать с корнем не могу.

— Спит, наверное, - издав очередной раскатистый зевок, Фил сползает на край качели. - Я бы тоже прилег после тренировки.

— Ты не приболел? Может, поехали домой?

Я с тревогой оглядываюсь на него, тыльной стороной ладони касаюсь взмокшего лба, а он убирает мою руку.

— Да все норм, мам. Не выспался в чужом доме, - ворчит, нахохлившись, как цыпленок. - Я отцу пообещал, что выходные с ним проведу, а слово надо держать. Заодно вам с Власом мешать не буду.

— Дорогой мой, ты нам совсем не мешаешь, - приседаю напротив него, взяв его за руки. Растираю холодные пальцы, грею дыханием. - Я очень тебя люблю, слышишь?

— Ну, ма-а-а-ам, что за телячьи нежности, - смущается он и показательно кривляется, но при этом улыбается украдкой. - Я уже взрослый, а ты со мной, как с Любочкой.

— Для меня ты всегда будешь моим мальчиком, - обнимаю его, игнорируя подростковое сопротивление. - Самым-самым любимым, - расцеловываю обе щеки. Зажмуривается.

— Ма-а-а-ам! - он повышает тон, отчего детский голос ломается и звучит грубее.

Мой взрослый маленький мальчик.

Не отпускаю его. Снимаю с качели, прижимаю к себе крепче, щекочу через дутую ткань куртки.

Не выдержав, он начинает смеяться. Я вторю ему - и чувствую себя самой счастливой женщиной. Любимой, как сказал Влас этим утром. У меня есть все, о чем я когда-то мечтала: заботливый муж, которому я доверяю, прекрасный сын и лапочка-дочка.

Что мне ещё нужно? Только избавиться от прошлого, которое преследует меня, как смерть с косой, и портит жизнь. Ложка дегтя в бочке меда - и она дает о себе знать в самый беззаботный момент, когда я наиболее уязвима.

— Чего трезвонишь, Маргарита? - по-хамски раздается на весь двор в унисон с противным рингтоном. - Слава богу, что я на сеансе беззвучный режим включила.

В спортивном костюме и с ковриком для йоги подмышкой к нам неторопливо плывет моя свекровь. Вечно недовольная, худая и бледная. С каждой встречей она высыхает все сильнее, будто сжирает сама себя. Скоро кожа да кости останутся, заключающие в себя скверный характер.

— Я смотрю, Галина Леонидовна, вы не торопитесь к любимому внуку? - стервозно парирую я, окинув ее долгим, критическим взглядом.

Мое замечание не вызывает у нее ни капли вины, а, наоборот, пробуждает азарт. Судя по злому блеску в бесцветных глазах, обрамленных морщинами, ее топливо - ненависть ко мне.

— Так это ты приехала раньше, хотя знала, что у меня режим. Не терпится от сына избавиться и к своему новому мужу сбежать?

Каждое слово как удар под дых. Последнее - отправляет в нокаут. От неожиданности я не успеваю сгруппироваться и выставить блок. Этот раунд мной проигран, потому что она попала в цель - я действительно хочу к своему супругу. Однако вместе с сыном.

— Влас пока не муж, - с сомнением тянет Фил. - Да, мам?