Книга Годовщина развода. Растопить лёд, страница 51 – Элен Блио, Полина Измайлова

— Просто побудем вдвоем, поговорим. Нам ведь есть о чем…

Говорю, заранее зная, что откажется. Но я должен был предложить и почему-то я знаю — она ждала, что я предложу.

— Артём, мне надо к детям. Нам надо к детям.

— Ты сказала, что они с няней.

— Нас и так долго нет. Поедем.

— Хорошо, поехали.

Вижу, что она волнуется. Я замечаю это, и она не может скрыть: грудь вздымается, жилка на шее так и бьется, моя девочка только пытается сделать вид, что хочет уйти, но на самом деле… На самом деле, может, она и сама не знает, чего хочет?

И зачем приехала сюда, увидев фото Аделины?

Это была попытка узнать, заодно ли я с этой заразой?

Или…

Или женская ревность?

Самая банальная, примитивная ревность…

— Снежинка, ты потрясающе выглядишь, — понижаю голос, протягиваю руку вперед и беру ее кисть. — Мистер Свенсен чуть не съел тебя вместо утки по-пекински, мне кажется, он хотел спросить, можно ли вписать в договор общение с тобой.

— Всё твои шутки… — усмехается она, но я вижу — ей приятно.

Ее хрупкие пальчики всё еще в моей руке, я глажу их легкими прикосновениями. Раньше я мог сделать намного больше.

То было мое право.

И я хочу вернуть его — вернуть навсегда.

— Не надо…

— Прости. — Сглатываю. Я хожу по кромке льда. Мне надо быть осторожнее.

Брать не нахрапом и наглостью.

Хитростью.

— Ты просто так прекрасна. Сегодня и… всегда.

Вижу, как раздуваются ее ноздри, глаза темнеют.

Плохой признак. Я чуть перегнул.

Ладно.

— Поехали.

Мы забираем вещи из гардероба. Вижу, как смотрит на Снежану девушка-хостес.

— Приходите к нам еще, всего хорошего.

— Обязательно. Всего вам доброго.

— Приходите на Новый год, у нас шикарная программа, я могу вам сделать скидку. Вот моя визитка, позвоните.

— На Новый год вряд ли, у нас дети…

— Приходите с детьми на Рождество, у нас будет утренник с подарками. Напишите, я всё объясню.

— Спасибо. — Снежа берет визитку, я помогаю ей одеться.

Она правда прекрасна, хоть и снова холодна сейчас.

Снежная королева, на которую обращают внимание.

Нет уж, это МОЯ Снежная королева, и я ее верну.

Завожу машину. Немного прогреваю.

Снежана сидит рядом, нервно теребит край сумочки.

Выезжаю на проспект, дороги свободны, мы быстро оказываемся в нашем районе, но я не заезжаю во двор, я торможу на парковке недалеко от парка, она бесплатная, пустая, и вокруг ни души, даже фонари не светят.

— Ты что… Что случилось, Артём?

— Ты случилась…

Отстегиваю ремень, двигаюсь ближе, мне мешает консоль между моим сиденьем и пассажирским сиденьем, чертова “борода”, как ее иногда называют.

— Что, что ты…

Ничего.

Просто ничего не говорю, обхватываю ее за шею и целую.

Жадно, страстно.

Неожиданно, да.

Застаю врасплох.

Пирую на ее пухлых губах.

Понимаю, что она ведь не была ни с кем кроме меня!

Всё это время… не была.

И я не был.

Черт… вся эта фигня с Аделиной…

Ладно, не фигня.

Не ерунда.

Это было предательство.

Подлость, которую моя жена не заслужила.

Подлость, которая стоила нам счастья.

Мне.

И нам.

Потому что я вижу, знаю, моя Снежинка не счастлива.

А я… у меня в мыслях не было начинать роман с Аделиной. Тогда это было просто какое-то затмение.

Да, она сыграла на моих мужских и отцовских слабостях.

Хвалила дочь, меня, говорила о том, что Василиса талантлива потому, что у нее такая генетика, такой папа.