Книга Годовщина развода. Растопить лёд, страница 42 – Элен Блио, Полина Измайлова

— Вот еще кота мне не хватало для полного счастья, — смеюсь в голос.

— Приятно видеть твою улыбку, — говорит мне Влад, и его глаза блестят искренним удовольствием.

Улыбка на моих губах гаснет. Разве я имею право улыбаться? Радоваться жизни? Смеяться над шутками старого друга? Всё, о чем я должна думать, так это о ребенке, который лежит на больничной койке.

— Влад, прости, у меня мало времени. Давай к делу.

Он тут же кивает, становится собранным.

— Хорошо, давай.

— Скажи, ты можешь мне написать заключение по травме и по состоянию ребенка? — прошу я, проглатывая ком в горле. — Я хочу предъявить его во все инстанции, куда буду обращаться. В федерацию фигурного катания, в клуб. Мне это понадобится для судов.

Влад кивает с серьезным видом.

— Да, конечно. Я предполагал, что ты это попросишь, и всё подготовлю: и снимки, и заключение врача, и рекомендации.

— Спасибо тебе, Влад. Правда, спасибо.

— Только это не просто так, Снежана, — говорит он с легкой игривостью в голосе.

— В смысле? Не просто так? — удивляюсь я, округлив глаза.

— От тебя потребуется небольшая услуга.

— Услуга?

— Всего лишь совместный ужин. Посидим, по-дружески поговорим.

— Влад, — тяну я со вздохом. — Мне сейчас правда не до ужинов. В любой другой день, пожалуйста, но только не… не в течение следующих дней. Мне предстоят очень непростые времена…

Начинаю объяснять, но Влад мягко прерывает меня.

— Снеж… Снеж, хватит. Я же пошутил. Просто хотел поднять тебе настроение.

Меня накрывает облегчение, я же правда подумала, что Влад потребует услугу.

Неужели я ему нравлюсь? Он заигрывает или это такой незамысловатый способ поднять мой боевой дух?

— Шутник, — смеюсь я с наигранным укором. — Так когда будет готово заключение? — перехожу снова к главному вопросу.

Влад тут же включается, становясь серьезным и даже задумчивым.

— Давай завтра? Я хочу всё добротно подготовить, чтобы из заключения было ясно не только то, что девочка травмирована, но и то, что она излишне худая, и по состоянию — на грани анорексии. А это значит, что ей тренер или клуб предписывали жесткую диету. Не думаю, что она сама так издевалась над собой. Но даже если бы и сама… Они должны были отслеживать показатели, понимаешь? Тот же кальций. Но ничего этого не делали. Анализы плохие. В общем, я могу сказать так — организму катастрофически не хватало микроэлементов, нарушился обмен веществ, кости слабели, становились хрупкими, так что травма не простая случайность, а скорее, закономерный результат. И в заключении я всё это укажу. Вам это пригодится, когда начнете бороться с клубом, который позволял неадекватные нагрузки на фоне истощения ребенка.

— Бороться…

Слегка прикрываю глаза. На время. Мне хочется всё это понять, переварить, принять. Но как же это сложно! Как же сложно принять, что в клубе, где моя дочь хотела добиться лучших результатов, ей угробили здоровье!

— Снеж, ты в порядке?

— Я в порядке, Влад. Мне некогда быть не в порядке.

— Нельзя так, — наставляет он, и я не знаю, кого в этих словах больше: друга или врача. — Ты должна беречь себя. У тебя трое детей. Я же вижу, что ты не спала ночью, да? Круги под глазами, бледная…

— Влад, всё это не важно, правда… Главное же — Василиса.

Растягиваю губы в слабой улыбке, а внутри приятно екает от его заботы.