Книга Развод. Вторая весна генерала, страница 49 – Полина Измайлова

— Я вам не сын.

— Сын. И это не обсуждается. Я так сказал. И будешь моим сыном официально.

— Пап, а как же… как тогда… – Вика говорит эту фразу почти шепотом. Отодвигается от Гора, делает шаг к Герману, который тут же сгребает ее в объятия и впивается в рот страстным поцелуем.

Опускаю глаза, потом смотрю на Фролова, он тоже на меня смотрит. Головой киваю, тихонько выхожу из кухни. В коридоре меня останавливают сильные руки, притягивают.

— Гор…

— Тише. Пусть они там, а мы… Соскучился уже по тебе, радость.

— Гор, что делать-то? Они… Вика твоя ведь еще девочка совсем…

— Девочка, ну, я надеюсь, сын твой имеет понятия о чести? Этому учить не надо?

— Имеет, естественно. Он не станет здесь и сейчас, но…

— Я всё понимаю, сам таким был, молодым и горячим. Сам был готов тебя… сразу… в первый же вечер.

— Всё ты врешь, Фролов!

— Обижаешь… Люблю тебя. Всю жизнь люблю только тебя.

— А я тебя…

Мы целуемся, прямо в коридоре. На кухне целуются наши дети.

Это кажется сейчас таким правильным.

И настоящим.

Мы просто любим. Мы влюблены. Да, еще будут проблемы, еще не всё решено.

Но сейчас я понимаю – мы справимся. Мы уже справились.

— Мам… – голос у сына хриплый, но очень довольный. – Вика говорит, что чайник давно вскипел, можно чай пить, есть еще колбаса, сыр, печенье. Если надо, можем сгонять в магазин.

— Ничего не надо, давайте просто попьем чай. Все вместе.

Алёна

Меня будит аромат свежеиспеченных блинчиков, отчего по лицу сразу же плывет счастливая улыбка. Не верится. Я замужняя женщина, но провела ночь с чужим мужчиной, и при этом не испытываю никаких мук совести. Ни малейших. Всё так, как и должно быть.

Зажмуриваюсь в блаженстве, удовлетворенное тело будто звенит изнутри, мне хорошо.

Прислушиваюсь к шуму на кухне – дети с генералом тихо переговариваются, слышен смех, звон посуды, шипение масла на сковородке.

Такие приятные, домашние, уютные звуки.

Потянувшись, опускаю ноги на пол, выбираясь из кокона одеяла, и тут в комнату заходит Гор, и его, как всегда, много! Такой он весь большой, сильный, от него дух захватывает и по коже жар бежит. Особенно когда он так смотрит, будто сожрать готов…

— Ну вот, – тянет он лениво, ставя поднос на кровать, – а я хотел кофе в постель…

На нем белая футболка, что обтягивает тугие мускулы, которые я жадно ласкала этой ночью. Свободные штаны скрывают мускулистые ноги.

Ноги…

Во сне Гор чуть поджимал ногу и стонал, я проснулась от этого звука, но не решилась посмотреть, что там у него с ногой, но спал он в носках, что показалось странным.

Неужели у него что-то со стопой? Не зря же он прихрамывает?

На самом деле это никак не мешает его активности, но всё же, видимо, доставляет ему боль и неудобство.

— Кофе в постель? Ну надо же, – вытягиваю губы трубочкой, – и за какие такие заслуги?

Поднимаюсь, он подходит ближе, широкие ладони ложатся на талию, притягивает меня к себе, я вытягиваюсь струной, чтобы снова ощутить его целиком.

— Заслуги? Ни за какие. Просто за то, что ты есть. За то, какая ты. Просто хочу сделать тебе приятно.

— Мне приятно, – млею, наслаждаясь всеми ощущениями разом.

Его заботой, его присутствием, воспоминаниями о прошедшей ночи, которая была такой нежной, нереально чувственной.

— А мне-то как, – отвечает Гор и тянется за поцелуем, но я торможу его.