Книга Измена. Предателей не прощают, страница 69 – Полина Измайлова

— Слова, слова, — качаю я головой, чувствуя, как слезы текут по щекам, а в груди болезненным кровавым комком пульсирует сердце, — ты просто не должен был ничего этого допустить! Посмотри, во что ты превратил нашу жизнь! — я беспомощно выпростаю руку, размахивая ей в попытке объять то невидимое нечто, о чем говорю.

Кирилл молчаливо соглашается, глазами давая понять, чтобы я продолжала.

Что он готов слушать. И да, наконец-то у меня есть шанс высказаться!

— Ты пошел по кривой дорожке, Кирилл, мутил дела с Лозицким, рисковал своей карьерой и семьей — и вот исход. Какая-то малолетка держит тебя за яйца! И как ощущение? Нравится? — насмехаюсь, ничуть не стесняясь в выражениях, намеренно причиняю боль.

— Всё не так, — скрипит зубами Кирилл, вот только мы оба понимаем, что как раз таки это и есть правда.

Так или иначе, но Кристина нашла способ убить старика Лозицкого, а теперь держит нашу семью на мушке. Но есть кто-то еще, покровитель Крис, который дергает за ниточки ее. Я хочу понять, кто он. И что нам всем грозит.

— Кто за ней стоит, Кирилл? — задаю вопрос, о котором мы говорили с Ростоцким. Вряд ли Кир в курсе, знал бы, давно бы сказал, но вдруг…

— Я не знаю. Но у меня есть козырь в рукаве. Я постараюсь его использовать, чтобы спасти вас.

— Нас?

— О моем спасении речи уже не идет. Я был слишком наивен. Возможно, я потеряю не только статус и состояние. Но и… не важно. Послушай, вы не останетесь ни с чем. У меня были ресурсы, и я смог обеспечить вам будущее. До этих денег Крис и ее покровитель не смогут добраться.

— Где Максим? Что с ним?

— Он в надежном месте.

— Где? — сердце сжимается от страха, смотрю на мужа, и так хочется верить, что хоть сыну он сможет помочь.

— Я же обещал отдать его в кадетку. Не волнуйся, это временно. Там… там надежный человек. Он поможет. А если что… если что — свяжется с тобой.

— Если что? — замираю от ужаса, сковавшего все члены.

Да, я невероятно зла на мужа и прощать его не намерена, но то, что он говорит, выходит в совсем другую плоскость.

“Вопрос жизни и смерти”, — вспоминаю и в страхе гляжу на него во все глаза.

— Если я уже не смогу связаться.

— То есть как… Кирилл? — мне внезапно становится страшно. Так страшно за него. За нас… а если она его как Лозицкого? Что мне делать? — Кирилл…

— Лика… Энджи, Энджи моя…

Тон его голоса меняется, я проваливаюсь в черные омуты глаз, в омут страсти, меня затягивает, мне страшно, но остановить его я не могу, только чувствую… Руки на теле, губы, терзающие мой рот. Должна оттолкнуть, не позволять ему себя казаться, но так боюсь, что мы вместе в последний раз, боюсь потерять его уже навсегда. Люблю… Несмотря ни на что всё еще люблю. Тону в бездне страсти. Тону в нем. Могу только подчиниться, раскрываясь и принимая первый глубокий толчок.

Кирилл

Моя женщина, моя, моя… Любимая, которую я так тупо просрал.

Да, именно так.

Подставил под удар.

Потерял.

На которую сейчас не имею никаких прав.

Черт… Надо было наплевать на всё, на угрозы Крис, на саму Крис, на долбаного Лозицкого, который загнал меня в эту тупиковую ситуацию.

Я не должен думать о них сейчас, не думать.

Пока она со мной, только она.

— Лика… Лика…

— Кир… боже… нет…

— Да, да… Тихо. Да! Я люблю тебя, слышишь? Тебя только люблю и любил!