Книга Измена. Предателей не прощают, страница 12 – Полина Измайлова

— Сказала бы, что вы слишком хмурые, — шутит Стася, пытаясь разрядить обстановку, — но не буду. Вы же с похорон. Как ты, мам?

— Я нормально, пойду умоюсь и переоденусь.

— Не задерживайся, — несется мне в спину, этот приказ звучит на фоне звона тарелок. Галина уже накрывает на стол, так что и правда надо поторопиться.

Я провожу в своей комнате не более десяти минут. Умываюсь. Переодеваюсь. Обновляю макияж. Спускаюсь по лестнице, слыша в столовой голоса Стаси и Кирилла. Кажется, наш сын до сих пор не спустился, они там одни.

Не знаю, почему я вдруг останавливаюсь за поворотом, где остаюсь незамеченной.

Я ничуть не хотела подслушивать, просто меня заставляет замереть на месте знакомое имя. И о любовнице мужа говорит не он, имя этой твари произносит моя дочь.

— Пап, когда ты уже расскажешь Лике про Крис? Что вообще мешает развестись? Никого не волнуют разводы политиков.

Мне кажется, меня ударили. Послали в нокаут, сразу, резко.

Я задыхаюсь от боли.

Мне кажется, у меня галлюцинации, я сошла с ума. Но эти слова сейчас говорит не моя дочь, не моя девочка!

Это просто какой-то лютый ужас.

Весь сегодняшний день — ужас.

Всё сломалось сегодня. Моя жизнь сломалась.

Измена любимого мужа просто выбила почву из-под ног, а слова дочери…

Да, я не рожала ее, но я всегда считала ее своей! Не про крови, по духу!

Я ее воспитывала, я столько сил в нее вложила! Любви!

Я и в мужа вложила много сил и любви.

И вот результат.

Может, стоило вкладывать во что-то другое?

Жизнь сломалась. Но я пока нет.

Нет.

Себя сломать я так просто не дам. Я буду держаться. Я справлюсь.

Открываю дверь, вхожу в комнату, стараясь держаться, держать спину ровно.

Мне плохо, но я не хочу, чтобы они это видели.

В какой-то момент приходит мысль, может, я что-то не расслышала? Может, дочь сказала всё это как-то иначе? С другим смыслом? Может быть, я просто слишком напряжена, подавлена, разбита и меня подводит слух?

А может… может, весь этот день вообще сон?

Я проснусь утром, и всё будет как раньше.

Чуткий, внимательный, любящий Кирилл, нежная, ласковая дочурка, которая всегда любила поболтать со мной, поделиться самым сокровенным.

Они по-прежнему меня любят и уважают, я мама, я жена, я один из важных людей в их жизни. И конечно, обо мне не говорят: “Подумаю, что с тобой делать”...

Смотрю на них и понимаю — не сон. Всё это не сон.

И расслышала я всё правильно.

Потому что то, как они смотрят, не оставляет сомнений.

Я для них сейчас — лишняя, я — слабое звено, я та, которая мешает жить так, как им хочется, помеха для каких-то их новых планов.

Нет, даже не так. Сейчас я для них — никто. Пустое место.

— Добрый вечер.

Смотрю на дочь, которая молчит, поджав губы, вижу, что ее лицо всё-таки покрывается легким румянцем.

Стыдно, доченька, да? Разве я тебя такому учила? Учила говорить гадости о близких людях за их спиной? Или я совсем не близкая? Когда же это случилось?

Ведь еще пару месяцев назад я твои слезки вытирала, когда очередной парень, поняв, что секса от тебя не дождется, свалил в закат вместе с твоей более раскованной и сговорчивой подругой, а?

Было такое? Было…

Я думала, Стаська всё-таки ценит меня и мое отношение…

Да что там, нет, всё не так! Мне даже в голову не приходило, что она должна меня ценить! Я была уверена, что я для нее — мама! А разве маму ценят? Маму просто любят. По умолчанию. Хорошую маму. Потому что она МАМА!