Книга Гори со мной, страница 67 – Лера Титова

Мы упали на маты. Тяжело дышали. Пот смешался с другими жидкостями. Я чувствовала себя грязной. И счастливой.

— Ты лучший тренер, — прошептала я.

— Ты лучшая ученица.

— Я люблю тебя, Ярослав.

— Я знаю. И я тебя. Больше жизни.

Он обнял меня, прижал к себе прямо на матах. Где-то наверху, в пентхаусе, ждали дела. Война с Корсаро не закончилась. «Красный день» приближался. Но сейчас, в этот момент, мы были просто мужчиной и женщиной. Потными, грязными, счастливыми.

— Мне нужно в душ, — сказала я наконец.

— Вместе?

— Вместе.

Он поднял меня на руки и понёс в ванную. Вода смыла пот и сперму, но не смыла того, что было между нами. Того, что становилось только крепче с каждым днём.

Ярослав.

Совещание закончилось поздно. Я вышел из кабинета Лучано, сел в машину и вместо офиса поехал домой. В пентхаус. К ней.

София не участвовала в наших делах. Не потому, что я не доверял ей. Потому что она была другой. Она была принцессой. Она выросла в золотой клетке, среди шёлка и бриллиантов, и её сила была не в пистолете и не в картах операций. Её сила была в ней самой — в её остром языке, в её дерзости, в том, как она держала спину, когда весь мир пытался её сломать. Она была моим домом. И я не собирался тащить её в грязь войны.

Когда я вошёл в пентхаус, она сидела на диване с ноутбуком — просматривала коллекции каких-то итальянских дизайнеров. Рядом стоял бокал красного вина. Она была в шёлковом халате, волосы распущены, на лице — лёгкая скука.

— Наконец-то, — сказала она, не поднимая глаз. — Я уже начала думать, что ты забыл дорогу домой.

— Никогда, — я сел рядом, положил руку на спинку дивана. — Что смотришь?

— Новые коллекции. Миланская неделя моды. Я подумываю слетать туда осенью. Если, конечно, к тому времени твоя война не захватит всю Европу.

— Не захватит. Обещаю.

Она отложила ноутбук и повернулась ко мне. Её глаза изучали моё лицо.

— Ты выглядишь уставшим.

— Я в порядке.

— Врёшь. Ты всегда так говоришь.

— Потому что так и есть.

Она протянула руку и коснулась моей щеки. Её пальцы были прохладными, и я закрыл глаза, наслаждаясь этим прикосновением.

— Ты можешь рассказать мне, — сказала она тихо. — Я не солдат. Я не пойду с тобой на операцию. Но я могу выслушать.

— Знаю.

— Тогда расскажи.

Я вздохнул. Рассказал о «Белой вдове», о плане с яхтой, о трупе в порту с запиской. Она слушала молча, не перебивая. Когда я закончил, она сказала:

— Значит, она здесь. Вдова.

— Да.

— И ты думаешь, что она попытается убить тебя?

— Или тебя. Или твоего отца. Или всех разом.

— И поэтому ты переносишь бал на яхту?

— Да.

— Умно, — она кивнула. — Ловушка для ловушки. Но если она так хороша, как ты говоришь, она может туда не пойти. Может ударить в другом месте.

— Где?

— Не знаю. Но я бы на её месте ударила там, где ты меньше всего ждёшь. Не на яхте. Где-то ещё. Где ты чувствуешь себя в безопасности.

Я посмотрел на неё. Моя жена. Моя принцесса. Она не держала оружия. Но она видела то, чего не видели мои бригадиры.

— Ты умнее, чем хочешь казаться.

— Я знаю. Просто предпочитаю, чтобы об этом не догадывались.

Я притянул её к себе и поцеловал в макушку.

— Я разберусь с этим. А ты просто будь осторожна. Никуда не выходи без охраны. Обещай мне.

— Обещаю.

Она прижалась ко мне. Её запах — вишня и что-то тёплое — окутал меня. Я закрыл глаза и позволил себе на минуту забыть о войне. О «Белой вдове». О Корсаро. Сейчас были только мы. Мужчина и женщина. Муж и жена.