Книга Гори со мной, страница 53 – Лера Титова

— Это похоже на капитуляцию.

— Это похоже на компромисс. Слышал такое слово?

— Слышал. Не пробовал.

— Пора начать.

— А если я не соглашусь?

— Тогда я куплю ещё одно платье. Ещё короче. И пойду в другой клуб.

— Ты шантажируешь меня.

— Да. И мне это нравится.

Я смотрел на неё. Моя жена. Моя мучительница. Моя принцесса.

— Хорошо, — сказал я. — Попробуем.

— Вот и славно. А теперь мне нужно принять душ. Твоя сперма до сих пор на мне. Кстати, о сексе — вчера было неплохо. Но ты мог бы быть и понежнее. Иногда.

— Ты сама просила жёстко.

— Я не просила рвать платье. Оно было дорогое.

— Куплю новое.

— Не сомневаюсь. Только в этот раз я выберу сама. И оно будет ещё более вызывающим.

Она скрылась в ванной. Я остался стоять посреди гостиной. Война продолжалась. Но, кажется, мы только что подписали временное перемирие. И это было больше, чем я мог надеяться.

Я налил себе ещё кофе и улыбнулся. Впервые за эту ночь.

София.

Прошла неделя после клуба. Неделя, за которую я много думала. О нём. О нас. О том, что между нами происходило.

Он сдержал слово. После того разговора на кухне он перестал обращаться со мной как с собственностью. Не приказывал. Не контролировал каждый мой шаг. Не врывался в мою жизнь, как ураган, сметающий всё на своём пути. Он просто был рядом. Завтракал со мной по утрам, обсуждал новости, спрашивал, как прошёл мой день. Один раз даже приготовил ужин — неумело, криво, но сам. Я смеялась, глядя на подгоревшую пасту, а он хмурился и говорил: «Я старался». Впервые в жизни я видела его таким. Не зверем. Не солдатом. Не Доном. Просто мужчиной, который пытается быть хорошим мужем. И это ломало мою броню быстрее, чем все его грубые слова и жёсткий секс.

Сегодня он вернулся домой поздно. Я сидела в гостиной с книгой, но не читала — ждала его. Когда дверь открылась и он вошёл, я сразу поняла: что-то случилось. Его лицо было мрачным, плечи напряжены, на скуле — свежая царапина, из которой ещё сочилась кровь.

— Что случилось? — я отложила книгу и поднялась.

— Ничего. Работа.

— Это не «ничего». Ты ранен.

— Царапина.

— Сядь.

Он послушался. Я принесла аптечку, села рядом, начала обрабатывать рану. Он молчал, глядя в стену. Его руки лежали на коленях, и я видела, как они дрожат. Не от страха — от усталости. Или от ярости, которую он сдерживал.

— Теперь расскажи, — сказала я, приклеивая пластырь.

— Корсаро нанёс новый удар. Сегодня. В порту. Они подорвали один из катеров Дэна. Дэн ранен. Тяжело. Он в больнице.

Я замерла. Дэн. Его правая рука. Человек, который был с ним с самого начала. Который провожал меня в магазин и стоял у дверей, пока я примеряла платья.

— Он выживет?

— Врачи говорят — да. Но он потерял много крови. И он... он не сможет ходить. Осколок повредил позвоночник.

Я закрыла рот рукой. Ярослав продолжал говорить — глухо, монотонно, как будто сам себе.

— Это был мой приказ. Я послал его проверить катер. Там была засада. Если бы я пошёл сам... но я не пошёл. Я послал его. И теперь он в инвалидном кресле.

— Это не твоя вина.

— Нет. Моя. Я должен был проверить лично. Дэн всегда прикрывал меня. Всегда был рядом. А теперь он... чёрт.

Он замолчал. Я взяла его за руку. Впервые за всё время нашего брака — не для секса, не для игры, не для манипуляции. Просто взяла и держала. Мои пальцы переплелись с его, и я чувствовала, как они дрожат.