Книга Развод. Осколки идеальной жизни, страница 70 – Лея Вестова

— Я любил тебя, — его голос стал жестче, в нем появились металлические нотки. — По-своему.

— Это не любовь, Олег, — я смотрела на него почти с жалостью. — Это собственничество. Это желание обладать, контролировать, формировать по своему усмотрению. Это эгоизм в чистом виде.

Мы смотрели друг на друга через стол, разделенные не столько физическим расстоянием, сколько непреодолимой пропастью разных мировоззрений. И я впервые увидела в его глазах не гнев, не холодный расчет, а что-то похожее на искреннюю растерянность. Как будто он действительно не понимал, что сделал неправильно, почему его идеальная жизненная конструкция дала трещину.

— Возможно, я был… требовательным, — наконец произнес он, подбирая слова с несвойственной ему осторожностью. — Но все ради нашей семьи, нашего будущего. Ради Саши, который заслуживает лучшего.

— Это все в прошлом, — я встала, чувствуя, что не могу больше находиться с ним в одном пространстве. Воздух словно сгустился, стал тяжелым от невысказанных обвинений и сожалений. — Нам пора, Саша уже доел мороженое и устал от мультфильмов.

Олег тоже поднялся, его движения были резкими, выдавая внутреннюю бурю, которую он пытался сдержать:

— Я не позволю тебе забрать моего сына, Алиса, — его голос звучал обманчиво спокойно, но в нем отчетливо слышалась угроза. — Ты можешь бежать сколько хочешь, можешь играть в независимость, в карьеру, в новую любовь, но Саша останется со мной. Это не обсуждается.

— Это решит суд, — я направилась к Саше, который уже начал ерзать на стуле, уткнувшись в экран планшета, но Олег преградил мне путь, загораживая проход между столиками. Его широкие плечи, обтянутые дорогим кашемировым пальто, казались непреодолимой преградой.

— Ты действительно думаешь, что сможешь выиграть суд против меня? — он понизил голос до вкрадчивого шепота, наклоняясь ближе, так что я чувствовала тепло его дыхания на своей щеке. — У меня деньги, связи, безупречная репутация в деловых кругах. А у тебя что? Работа дизайнершей, которую ты получила через постель?

— Что ты… — я задохнулась от возмущения, чувствуя, как кровь приливает к щекам, а в глазах темнеет от бессильной ярости.

— О, не думай, что я не в курсе твоих особых отношений с Астаховым, — Олег хищно улыбнулся, а в глазах мелькнуло что-то жестокое, почти садистское удовольствие от моего шока. — У него всегда был на тебя глаз, еще до нашей свадьбы. Помнишь, как он смотрел на тебя на корпоративе, где мы познакомились? Как щенок, которому показали кость, но не дали. Тогда ты выбрала меня. Сделала правильный выбор, надо признать. А теперь, видимо, решила наверстать упущенное? Компенсировать годы скучного брака с одним мужчиной?

Каждое его слово, пропитанное ядом, било точно в цель, выворачивая наизнанку мои самые потаенные страхи и сомнения. Воздух в кафе, еще недавно наполненный уютными запахами кофе и выпечки, стал густым и тяжелым, словно перед грозой. Я чувствовала взгляды других посетителей — случайных свидетелей нашей драмы — и от этого становилось еще унизительнее.

— Ты больной, — я покачала головой, стискивая кулаки с такой силой, что ногти впивались в ладони до боли. Боль отрезвляла, не давала сорваться, закричать, устроить ту сцену, на которую он явно провоцировал. — Владимир просто помог мне, как друг. Я была в отчаянном положении, без денег, без жилья, с ребенком на руках. Что мне оставалось делать? Ночевать на улице?