Книга Развод. Осколки идеальной жизни, страница 44 – Лея Вестова

— Нам нужно больше времени проводить семьей, — сказал он с обезоруживающей улыбкой, которая когда-то заставляла мое сердце биться чаще, а теперь вызывала только тревогу. — Я слишком увлекся работой и забыл о главном. О тебе и Саше. Вы — мое самое ценное сокровище.

Я улыбалась в ответ, прижимаясь щекой к его ладони в притворной нежности, и соглашалась с ним, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Эта новая версия заботливого мужа пугала меня даже больше, чем его прежняя холодность и раздражительность. Потому что за ней скрывался все тот же контроль, все то же собственническое чувство — более изощренное, завернутое в красивую упаковку из улыбок и подарков, но от этого не менее опасное.

«Ты думаешь, я не вижу тебя насквозь?» — хотелось мне крикнуть. «Думаешь, я забыла твои руки на моих плечах, твои слова о том, что я твоя собственность, твои угрозы отнять Сашу?» Но вместо этого я улыбалась, и кивала, и принимала цветы и позволяла обнимать себя по ночам, превращаясь в идеальную актрису на сцене нашего брака.

Самые опасные моменты наступали внезапно, когда бдительность притуплялась. Однажды он вернулся домой в разгар дня, без предупреждения, и застал меня за разбором документов в его кабинете, куда я редко заходила без приглашения. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда я услышала звук его шагов по паркету. Он остановился в дверях, высокий и внушительный в своем безупречном костюме, с выражением легкого удивления на лице, которое тут же сменилось подозрением.

— Что ты делаешь? — спросил муж, приподняв бровь и пристально глядя на бумаги, разложенные на столе красного дерева, который обычно был территорией исключительно его документов и вещей.

Я тотчас почувствовала, как кровь отливает от лица, как пересыхает во рту, как трясутся пальцы, когда я пыталась небрежно собрать разбросанные листы. Одна секунда слабости могла разрушить весь план, одна неверная нота в голосе могла выдать меня с головой.

— Решила навести порядок в наших документах, — ответила я с деланной беспечностью, которая, я надеялась, звучала достаточно убедительно. — Столько всего накопилось за годы. Страховки, квитанции, гарантии на технику… Никакой системы, — я засмеялась, и этот смех показался мне фальшивым и натянутым, как струна скрипки перед тем, как лопнуть.

Олег подошел ближе, и в воздухе повис запах его дорогого одеколона, смешанный с чем-то еще — запахом власти, может быть, или опасности. Он взял в руки один из листков, и я мысленно перебирала, что могло быть в этой стопке, что могло выдать меня, и к счастью это была всего лишь старая страховка на машину, которую мы давно продали.

— Зачем? — спросил муж, его глаза сузились, в них появился тот холодный, оценивающий взгляд, который я так хорошо знала. — Я плачу секретарю, чтобы она занималась такими вещами. Лизе. Помнишь, ты с ней встречалась на корпоративе?

Я помнила — молодая, эффектная брюнетка с ногами от ушей и взглядом, который слишком часто останавливался на моем муже. Еще одна Дарья в его окружении? Или просто совпадение?

— Это семейные документы, — я пожала плечами, стараясь выглядеть максимально непринужденно. Вот она, Алиса, просто заботливая жена, наводящая порядок. Ничего подозрительного. — Хотела сделать отдельную папку с самым важным, чтобы все было под рукой. Знаешь, как полезно иметь все организованно, когда срочно что-то нужно найти.