Книга Развод. У него была другая жизнь, страница 101 – Лея Вестова

Мы направились к небольшому парку рядом со школой. Катя шла на полшага впереди, руки в карманах куртки, взгляд устремлён вперёд. Я чувствовал исходящую от неё настороженность, готовность в любой момент дистанцироваться.

— Катя, — начал я, когда мы остановились у пруда, где плавали утки. — Я хочу, чтобы ты знала правду. Всю правду. О том, что произошло, почему я так поступил. Не для того, чтобы оправдаться — оправданий моим действиям нет. Просто потому, что ты имеешь право знать.

Она повернулась ко мне, и я увидел в её глазах смесь любопытства и недоверия.

— Начну с самого болезненного, — я глубоко вдохнул. — В августе, когда у бабушки случился инсульт, мне поставили диагноз. Рак щитовидной железы.

Катя побледнела, её глаза расширились от шока.

— Что? Ты болен? У тебя рак?

— Нет, — поспешил успокоить я. — Нет, Катюш. Диагноз оказался ошибочным. Я прошёл повторное обследование — никакого рака нет. Доброкачественная опухоль, которая лечится.

Она облегчённо выдохнула, но тут же нахмурилась:

— Если диагноз был неправильным, то причём здесь...

— Притом что тогда я этого не знал, — перебил я. — Несколько месяцев я жил с мыслью, что могу умереть. И вместо того, чтобы рассказать маме, вместо того, чтобы довериться семье, я... я струсил.

Слова давались с трудом. Признаваться в собственной трусости перед дочерью было мучительно, но она заслуживала честности.

— Мама была полностью поглощена заботой о бабушке, ты переживала из-за её болезни. И я решил, что не имею права добавлять вам ещё и свои проблемы. Решил справляться сам.

— И поэтому завёл любовницу? — голос Кати стал жёстче. — Потому что было тяжело?

— Не поэтому, — честно ответил я. — Катя, болезнь не оправдание измены. Страх смерти не даёт права предавать семью. Я встретил Ирину, и она... она умела слушать. Поддерживать. Я почувствовал себя нужным, важным. И это вскружило мне голову.

Я помолчал, наблюдая, как Катя осознает услышанное. Её лицо было непроницаемым, но я видел, как она борется с эмоциями.

— Но самое постыдное не в этом, — продолжил я. — Ирина меня обманывала. Ребёнок, которого она носила, не мой. Она встречалась с другим мужчиной, забеременела от него, а потом использовала меня как... как источник денег и статуса.

— Что? — Катя остановилась как вкопанная. — То есть она тебя тоже обманула?

— Да. Я провёл тест ДНК после рождения ребёнка. Совпадений ноль процентов. Ирина с самого начала знала, что я не отец, но выдавала ребёнка за моего.

Катя медленно опустилась на ближайшую скамейку, словно ноги перестали её держать.

— Значит, ты разрушил нашу семью... из-за женщины, которая тебя использовала? — в её голосе звучало недоверие. — Бросил нас ради того, кто тебя просто... доил?

— Именно так, — подтвердил я, садясь рядом, но не слишком близко. — Я оказался полным идиотом, Катя. Поверил красивой лжи, потому что мне было страшно. И из-за этого потерял всё, что действительно было ценным.

Несколько минут мы сидели молча. Катя смотрела на уток в пруду, а я — на неё, пытаясь понять, что происходит в её голове.

— Значит, если бы ты сразу рассказал маме про диагноз, — медленно начала она, — если бы не испугался, не стал скрывать... ничего этого не было бы?

— Возможно, — честно ответил я. — Не знаю. Может быть, мы справились бы вместе… — голос дрогнул.