Книга Развод. У него была другая жизнь, страница 104 – Лея Вестова

— Андрей...

— Выслушай меня до конца, — попросил он, и в его голосе прорезались живые нотки. — Пожалуйста. Я знаю, это звучит безумно. Но я полностью изменился. Я понял все свои ошибки, проанализировал каждую, осознал, что привело к краху нашего брака.

Он наклонился вперёд, и я увидела в его глазах ту страстность, которая когда-то заставляла моё сердце биться быстрее.

— Болезнь, которой у меня оказалось, научила меня ценить то, что действительно важно. Предательство Ирины показало, как выглядит фальшивка по сравнению с настоящими чувствами. Потеря вас с Катей заставила понять, что я был полным идиотом.

— Андрей, остановись, — тихо сказала я, но он продолжал, словно прорвало плотину.

— Я стал другим человеком, Оля. Я больше не тот трус, который скрывал болезнь вместо того, чтобы довериться жене. Не тот эгоист, который искал утешения на стороне, когда в семье были проблемы. Я научился быть честным — с собой, с Катей, с окружающими.

В его словах звучала такая искренность, что стало больно. Больно от понимания того, что это правда — он действительно изменился. Стал лучше, сильнее, честнее. Но...

— Я люблю тебя, — сказал он просто, без пафоса, как констатировал очевидный факт. — Всегда любил. Даже когда был с Ириной, где-то в глубине души знал, что ты единственная женщина моей жизни. И сейчас, когда я стал тем человеком, которым должен был быть с самого начала, я прошу тебя дать нам второй шанс.

Я смотрела на него — на этого нового, изменившегося Андрея — и чувствовала, как что-то ломается внутри. Не сердце. Не надежды. Что-то более глубокое и окончательное.

— Андрей, — начала я медленно, подбирая слова, которые могли бы объяснить то, что сама ещё до конца не осознавала. — Я верю, что ты изменился. Вижу это. И я... я рада за тебя. Искренне рада.

— Но? — он уже понимал, что будет «но».

— Но мы уже не те люди, что были раньше, — я посмотрела ему в глаза, стараясь передать всю сложность своих чувств. — Я не та девочка, которая была готова простить всё ради любви. А ты не тот юноша, в которого она влюбилась.

Андрей кивнул, но я видела, как он борется с желанием возразить.

— То, что было разрушено, нельзя построить заново, — продолжила я, и слова давались с трудом, потому что причиняли боль не только ему, но и мне. — Можно построить что-то новое рядом, на месте развалин. Но не то же самое.

— А почему нельзя попробовать построить что-то новое? — в его голосе появились отчаянные нотки. — Ты же сказала — что-то новое. Новые отношения, новое доверие...

— Потому что я не могу доверять тебе как мужу, — сказала я, и эти слова отозвались болью в груди. — Андрей, я прощаю тебя. Не для тебя — для себя. Потому что обида разъедает душу, а я хочу жить дальше. Но простить и доверить свою жизнь — разные вещи.

Он побледнел, но продолжал смотреть мне в глаза.

— Ты думаешь, я снова предам тебя?

— Я думаю, что не смогу больше быть беззащитной, — честно ответила я. — Когда мы были женаты, я отдала тебе всю себя без остатка. Доверяла безоговорочно. И когда это доверие было разрушено, это чуть не убило меня.

Воспоминания нахлынули болезненной волной. Тот день, когда я узнала об Ирине. Страх за Катю, за маму, за будущее. Медленное, мучительное восстановление после развода.

— Сейчас я сильнее, — продолжила я. — У меня есть работа, которая приносит удовольствие. Есть планы, мечты, которые зависят только от меня. Есть уверенность в том, что я справлюсь с любыми трудностями. И я не готова снова стать уязвимой.