Книга Слаще, чем месть, страница 13 – Кейси Уэст

— Умно, – сказал Ли.

— «Дженсен, – продолжила набирать я, – по-моему, после сегодняшнего…»

— Слишком вежливо, – вставила Дежа.

Я простонала.

– «Дженсен, ты сам понимаешь, что сделал».

— И понимаешь, что должна сделать я, – драматично понизив голос, добавил Макс.

Дежа хихикнула.

— «Ты сам понимаешь, что сделал, – повторила я. – И не делай вид, будто я должна была это предвидеть. Будто мой шок от предательства – это равнодушие к твоим успехам и признак паршивой девушки. Ты, и никто другой, похоронил наши отношения…»

Я осеклась, усомнившись в том, что именно эти слова мне хочется до него донести. Сообщение выражало слишком мало и слишком много одновременно. Он не достоин знать, насколько я раздавлена. По правде, мне хотелось написать ему что-нибудь саркастичное, вроде: «Дженсен, с тобой было круто, по крайней мере до того, как я узнала, что ты козел».

— Мне нравится, – подбодрила Дежа, вырывая меня из размышлений.

— Не хочешь добавить в конце «козел»? – спросил Максвелл.

Ли утешительно похлопал меня по плечу:

— Лучше просто добавь: «Все кончено».

Я кивнула, приписала эти два слова в конец сообщения и нажала «Отправить».

Все было кончено.

В глазах защипало, и я изо всех сил стиснула зубы, пытаясь сдержать слезы. Взглянула на блокнот со списком сырых, явно недостаточно эффектных способов мести.

— Он украл мою мечту, – произнесла я. – Теперь его мечту надо каким-то образом уничтожить.

— Футбол? – взволнованно прошептал Макс.

Я кивнула:

— Нужно придумать, как отобрать у него футбол.

«Я так и понял».

— «Я так и понял», – зачитала я.

Хотела проверить, будет ли вслух эта фраза звучать как-то иначе, чем в моей голове.

Ничего не изменилось. Это был ответ Дженсена на мое сообщение о разрыве. Ни попыток оправдаться, ни объяснений причин, ни извинений, ни обещания бросить подкаст из-за огромной любви ко мне. Ни признаний, как он страдает оттого, что убил наши отношения.

Я так и понял.

— Тьфу!

Надо было отправить ему ту гадкую версию эсэмэски, что я сочинила в своей голове. Я злобно стукнула руками по рулю.

Я сидела в машине перед своим домом, куда вернулась после закусочной.

Сообщение пришло, едва я успела припарковаться и заглушить двигатель. Скриншот ответа отправился в чат «Милые пакостники», созданный Максвеллом.

«Да он охренел!» – первым среагировал Макс.

Следующая была Дежа:

«Слов нет, как я его ненавижу!»

«Держись, солнце». Это был Ли.

Ли считывал мою боль, как никто из них, но, хотя это было так в его духе, испытывать боль я совсем не хотела. Я хотела злиться. И злилась.

«Не вздумай ему отвечать», – добавила Дежа.

«Не собиралась».

Если бы можно было стереть Дженсена из памяти, я бы так и сделала. Но пришлось довольствоваться тем, чтобы заблокировать его номер. Удовлетворенно кивнув, я выползла из машины, сгребла с задних кресел рюкзак и направилась к дому. Когда я вошла, мама соскребала что-то с пола и собирала в тарелку.

— Привет, – сказала я, закрывая дверь. – Опять бабуля?

Мама сдула с лица прядку волос:

— Ага.

Бабушку я обожала, как мало кого на свете. Вот только от бабушки в ней оставалось все меньше и меньше. У нее была ранняя стадия болезни Альцгеймера, и дни выдавались то лучше, то хуже. Мама ухаживала за бабушкой в свободное время, а по утрам, когда ей пора было уходить на работу, приходила сиделка.