Книга (не) Суррогатная мама, страница 99 – Злата Тур

Отпустив счастливо заливающегося смехом Мишку, я пошел в дом. Какое-то дурное предчувствие будто пыталось делать мне подножки.

Постучав в кабинет, я вошел и чуть не двинул назад, решив, что мне мерещится. За своим массивным столом из мореного дуба восседала Вилена, как глава инквизиции. Рядом, примостившись на краешек дивана, сидела Малинка. Одного взгляда на нее мне хватило, чтоб понять насколько она подавлена. А причина ее состояния находилась в кресле напротив.

Стелла, с видом оскорбленной невинности, сидела, скорбно поджав губы. Насколько это возможно. Волосы собраны в гладкий пучок, минимум макияжа. Элегантный брючный костюм, скромные лодочки в тон. Незатейливо и со вкусом. Образ дополняли солнцезащитные очки, которые были призваны скрывать заплаканные глаза. Сейчас в помещении она их сняла и нервно покусывала дужку, демонстрируя волнение.

— По какому поводу совещание? — не заморачиваясь с этикетом, спросил я.

— Максим, — ледяным тоном начала Старицкая. — Я глубоко разочарована. Ты бросил беременную жену и приехал сюда развлекаться. Соблазнил несчастную девушку, которая в жизни ласкового слова не слышала и поддалась на твои льстивые речи. Это настолько недостойно и отвратительно, что у меня нет слов. Вот твое жалование и больше я ничего не хочу слышать о тебе.

Мне показалось, что ноги вросли в пол, а сам я превратился в дерево, которое не может ни шевелиться, ни говорить. Стеллка беременна?! Да никогда в это не поверю! Скорей черный железный крокодил моего деда принесет потомство!

— Максим. Я не дам тебе развода. Закон на моей стороне. Ни один суд не разведет с беременной женой, — подала слабый голос умирающего лебедя жена.

Я, наверно, напоминал рыбу, выброшенную на берег. Хотелось потрясти головой, как Бонд после купания. Сбросить это наваждение. Я понимал, что нужно что-то сказать, но язык словно присох к небу. Я прокашлялся, пытаясь обрести дар речи.

Никогда в жизни я не оправдывался, считая это унизительным. Но положение было критическим. Я мог потерять сына и любимую женщину безвозвратно. Она не простит, если решит, что я лгал. Поэтому жестко наступил на горло своему «Я» и попытался объяснить Старицкой ситуацию.

— Вилена Ивановна! Все не так, как вы видите. Я решил развестись с женой. И одна из причин — это то, что она не хотела ребенка. А сейчас какой-то бред несет.

Старицкая бросила на стол конверт.

— Не разочаровывай меня еще больше своим унизительным лепетом. Покинь мой дом! — отчеканила Вилена и бросила строгий взгляд на Малинку, на которой лица не было.

— Алина, все, что я говорил тебе, это правда! Бери сына и поехали со мной! Я со всем разберусь!

— Уходи! — одними губами произнесла она, раздирая мне душу в хлам.

Я развернулся на пятках и выскочил из кабинета. Этого просто не может быть! Не может!

Немного в мире есть вещей, которых я боюсь. И сейчас мой самый большой страх — потерять только — только зарождающееся счастье. Со Стеллкой я разберусь. Ведь девяносто девять и девять процентов — это срежиссированная постановка. Ведь мир театра от нас не так далек, как хотелось бы. Наверняка, тещенька решила тряхнуть стариной и сочинила эту комедию. С женой у нас давно не было секса. А уж незащищеного — вообще никогда. Но и одного представления оказалось достаточно, чтобы меня выгнали, а Малинка потеряла ко мне доверие. Как говорится, и ложечки уже нашлись, но вы к нам все равно не ходите. Теперь к ней только со свидетельством о разводе можно будет подойти.