Книга (не) Суррогатная мама, страница 96 – Злата Тур

— Максик, ты со своими машинами совсем оголодаешь! Вот не даешь за собой поухаживать. Я, знаешь, какая заботливая!

— Машенька, я не инвалид, слава Богу, чтоб за мной ухаживать. Лучше расскажи, что тут в доме происходит интересного, чего я не знаю.

— Хозяйка решила на старости лет книженцию о себе написать. И вот наша умница теперь с ноутбуком не расстается, записывает все, что мадам навоспоминает. А мне приходится и чай заваривать, и таблетки давать, и опять на подхвате быть. А у меня вообще-то работа по дому, — желая найти во мне союзника, вылила порцию яда Машенька. Но, увы. Не в те ворота играет ….

— А неплохая идея, кстати. Если человеку есть о чем рассказать, почему нет. К тому же, кому-то может быть полезно.

— Ой, я тебя умоляю! Кому могут быть полезны воспоминания старушки?

— А ты считаешь, что всегда будешь молодой?

Машенька не переставала меня удивлять. Давно я не сталкивался с такой ограниченностью мышления. Да, выход в народ дает мне много нового.

— А что толку говорить о старости?! Старые люди — это отработанный материал. Они уже ничего из себя не представляют!

Я чуть не ляпнул: «Сходи посмотри на моего деда!». Но сдержался. Ни к чему давать информацию о себе. Быстренько пошуршав в голове разрозненными сведениями, которые попадают туда, вытащил одно из последних.

— А как же Мэй Маск?

— Кто такой Мэй Маск?

— Такая. Во-первых мать Илона Маска, — видя непонимание в глазах, поясняю. — Мультимиллиардер. Богатейший человек планеты, сооснователь Тесла, изобретатель платежной сисмтемы ПэйПал…, - разогнался было я, но видя глупо хлопающие реснички, сдулся.

Во дурак! Хотел узнать о Малинке, а втянулся в воспитательную беседу с бестолковой молодежью. Хотя она, может, моя ровесница, но рассуждает, как недалекий тинейджер.

— Так что там мать? — поняв, что я потерял интерес к диалогу, спохватилась Машенька.

— В семьдесят один год снимается для обложек глянцевых журналов и участвует в показах мод. Это я к вопросу старости. Так что наша хозяйка тоже молодец. Имеет интерес к жизни. Ну и думаю, не так сложно принести чай с таблетками. Это тебе не на рынке по жаре овощами торговать или город озеленять.

— Но ты же не хозяйку защищаешь, а нашу умницу! Ты что, на нее глаз положил?

Я скривился, будто лимона откусил. Я б на тебя кое-что другое положил, но не хочется наживать врагов, когда я не у себя дома. Но или я дипломат никакой, или Машенька слишком завязла на идее взять надо мной шефство, но неприятность я от нее получил…

Я никого не поставил в известность о том, где я нахожусь. Береженого Бог бережет. Неизвестно, что могут выкинуть родственники. А я не имею желания рисковать таким хрупким миром, который мне удалось установить с Малинкой. И здесь никому не распространялся, откуда я взялся.

Несколько раз любопытная Машенька пыталась выведать мою родословную, но я технично уходил от ответов, не желая придумывать легенды и портить карму враньем.

К тому же я боялся сглазить свое счастье. Каждый день я видел свою девочку и сына. И самое восхитительное — Малинка, наконец, разрешила укладывать Мишку спать. Поговорить перед сном, почитать книжку. А потом я мог садиться в кресло в холле и ждать, когда Вилена отпустит Малинку.

Мое состояние счастья излучалось, как мощные радиоволны на сотни километров. А чужое счастье некоторые простить не могут.