Книга Развод. Скандал в благородном семействе, страница 58 – Дора Шабанн

Титаническим усилием удержала надрывный всхлип.

Не сейчас.

Не здесь.

Все потом.

Оглядев собравшихся, начала привычно раздавать указания:

— Феликс, пора укладываться. Я понимаю, ты взрослый, скоро восемнадцать, но пока ты живешь со мной, и я несу ответственность за твои жизнь и здоровье, будь любезен, соблюдай нехитрые правила этого дома.

Видно было, что сын собирался резко высказаться, но Нина так вцепилась ему в руку, что он не рискнул. Окинул бабушек нечитаемым взором и удалился, мрачно буркнув напоследок:

— Я мыться и спать. Всем пока.

Прижав к себе тревожно мерцающую глазами внучку, предложила матерям, учитывая темноту за окном:

— Здесь переночуете?

На удивление, обе тут же молча засобирались домой и даже сами себе вызвали такси, чего я вообще не припомню.

Удивили, да.

Я особо не обольщалась: этим железным женщинам нужна ночь на переосмысление ситуации. А завтра я получу от одной язвительный комментарий, что сама виновата: не спасла, допустила, чтобы муж сел, вот тебе и результат, безответственная и равнодушная женщина…

Ну а вторая, тяжело вздыхая, станет хватать меня за руки и шептать:

— Ты только подумай, не спеши! Вы же столько лет вместе… погоди… все ошибаются… где-то нужно быть гибкой… понимающей.

И меня от этого всего мутило заранее.

Проводив бабушек, повела Нину умываться, однако ребенок у нас развитый и любопытный, поэтому она, конечно, уточнила то, что не поняла:

— МамЭля, а что там Марина такое сказала?

Серафим, херувим и прочее небесное воинство, вот надо же в свои шесть быть такой внимательной, любознательной и… жестокой?

— Нинок, давай, ты мойся, а я тебе кратенько поясню, — попробовала аккуратно тему закруглить, но не тут-то было.

— Скажи правду. Фель соврал, а Марина опять… болеет.

Беда с этими умными детьми, да?

— Нинок, моя радость, сегодня твоя мама узнала, что у них с Фелем есть брат, это значит, у деда Вадима имеется другая семья.

Вот, я это сказала.

Здесь, в теплом пару детской ванной комнаты, среди розовых полотенец, резиновых единорогов и пены с ароматом цветов и конфет, правда прозвучала. И оказалась она еще… противнее.

Прямо фу-у-у.

Захотелось срочно влезть под горячую воду и немедленно отмыть с себя ее, мерзкую, отвратительную и невозможно… реальную.

— Мы же справимся? Ты разберешься, мамЭля? — через некоторое время, закрытая по самый нос одеялом и обложенная спальными зайцами, Нина Викторовна, тем не менее, смотрела очень настороженно и требовательно.

Как я могла ее разочаровать?

— Конечно, моя прелесть. Мы справимся и со всем разберемся, — поцеловала свое младшее сокровище, включила ночник, традиционную колыбельную и пошла проведать сына.

Естественно, кто бы сомневался? Феликс был полон претензий:

— И что? Сейчас он где-то таскается, а потом явится с подарками, и ты его встретишь, как всегда, с распростёртыми объятиями, да, мам?

— Сын мой, тон сменил. Прямо вот сию секунду, — нет у меня никаких сил это все выносить.

Даже от любимого сына.

Нет.

Совсем нет сил.

А потом я опустилась на его вертящийся стул и печально уточнила:

— Мне напомнить наши с тобой договорённости?

— Мам, — тут же ощетинился мой боевой зайчик. — Да, я не лезу в ваши отношения, но это же хрен знает что! Это же… свинство! Да тут только матом и можно…