Книга Развод. Скандал в благородном семействе, страница 53 – Дора Шабанн

— Пойдём, барин сказал, где заныкал «золото партии».

Может, хотя бы дом продавать не придётся, и мы как-нибудь оставшиеся пять лет выдержим?

Удивительно, столько времени уже живу на свете, а до сих пор в чудеса верю. Ну и в то, что верность, честь и совесть есть не только у меня.

Наивная дурочка.

Хотя про меня сейчас уместнее будет сказать: «старая дура».

«Pacta sunt servanda» (лат.)

«Договоренности должны соблюдаться»

Следующие годы были полны сюрпризов.

Во-первых, некоторые свидания Ермаков заменил телефонными разговорами с Мариной, где они обсуждали срочные вопросы управления холдингом и стратегию противостояния новому бизнес-партнёру.

Во-вторых, те редкие встречи, которые случались у нас, демонстрировали с огромной скоростью растущую между нами пропасть. Ермаков выглядел все более нервным и, бывало, просто сидел или лежал рядом, вцепившись в меня, как в любимую плюшевую игрушку, дышал тяжело, изредка скрипел зубами, фыркал, но ничего внятного не говорил.

На мои вопросы толком не отвечал.

И постоянно уточнял:

— Ты же у меня есть, Элин? Ты же справляешься? Мы же это переживём? Выдержим?

В целом — сильно меня раздражал.

Равно как и его мать, которая, перестав бесконечно сменять курорт на санаторий или дом отдыха, вернулась в город, привезя с собой и мою родительницу. И после своего возвращения Мария Иосифовна начала регулярно навещать нас с детьми, постоянно рассказывая мне, как я неправильно живу.

Моя матушка чувствовала себя неважно, поэтому, то с желудком, то с давлением, то с сердцем, кочевала по больницам.

А при её полном равнодушии к окружающему миру, второй лечащий врач, вроде бы кардиолог, сказал мне:

— Не мучайтесь. Если вы её навестите раз в неделю, то этого будет достаточно.

Снял прямо с души тяжесть.

Честно, я понимала, что — это мама, надо о ней заботиться и ее беречь, но в действительности, ежедневные посещения не тянула совсем.

Кстати, четыре раза в год свекровь на курорты выезжала стабильно:

— Элина, ты же понимаешь, что мне это необходимо⁈ Иначе я просто не доживу! А мне так нужно встретить Вадика…

Я не возражала и все организовывала, чтобы хотя бы в эти периоды отдохнуть от воспитательных нотаций и утомительных визитов.

Да, время шло и мне становилось легче в бытовом плане: дети радовали почти все, здоровье как-то нормализовалось, подводило редко и несильно, проблемы были решаемы.

Феликс учился условно неплохо, с энтузиазмом занимался музыкой, вдохновенно ругался с сестрой и с удовольствием нянчил племянницу. Был молодец с моей точки зрения. Редкие претензии Ермакова к сыну я даже не слушала — много он понимает?

Кстати, хвала и всевозможные благодарности Димочке: под его присмотром Марина действительно держалась, была умничка и, я бы сказала, — расцвела. Тихо плевала по три раза в сутки через что угодно и все время стучала по дереву, дабы не спугнуть процесс.

Финансов в «закромах родины» и квартире Марии Иосифовны оказалось не так чтобы много, но, спасибо, пока больше украшения продавать необходимости не было.

Справлялись.

Нина потихоньку росла, и, как положено приличному ребёнку, в три года пошла в сад. И вот тут несколько задолбавшаяся к этому моменту бабушка увидела, что за окном есть жизнь.

Конечно, для начала я привела в порядок весь дом: отмыла, отчистила, перестирала и перестелила, вытряхнула, выбросила, проветрила и обновила.