Книга Развод. Скандал в благородном семействе, страница 122 – Дора Шабанн

— Так, это что ещё такое?

У меня, конечно, были варианты, но поверить было трудно.

Знакомый аромат окутал головы до ног, а появившийся на кухне Захар привычно сгрёб меня в объятия:

— А это, любимая, твоё платье. Наряжайся, моя бесценная. Нас ждут в ЗАГСе.

— То есть как ждут? — растерянно подняла глаза.

— Это значит, госпожа Дымова, пора уже этот факт закрепить документально, — усмехнулся Захар, поцеловал меня в щеку и водрузил на пальчик кольцо с огромным бриллиантом.

Нина, Марина и матушка зааплодировали, а Феликс фыркнул:

— Наконец-то!

И отправился открывать дверь — прибыл парикмахер-визажист.

Вот так, совершенно неожиданно, абсолютно без подготовки, как говорится, ничто не предвещало, но в предпоследний день лета Элина Витальевна внезапно стала госпожой Дымовой.

Скромное семейное застолье в одном из ресторанов с видом на Неву после регистрации, а потом брачная ночь в «Астории» — всё это казалось чудесной сказкой.

Но спокойный и уверенный мужчина, который был рядом, направлял, поддерживал, а также постоянно восхищался мной и заботился, как бы намекал, что Дымов, в своем тосте не шутил:

— Теперь, мой Огонёчек, у тебя есть только одна обязанность — быть счастливой!

И вот, стоя в шелковом халате на балконе «Астории» и любуясь игрой огней ночного Петербурга на гранях камня в моем новом колечке, думала:

— «Все всегда заканчивается хорошо. Если закончилось плохо, значит, это ещё не конец». Золотые слова! Такие же, как: «Надо дать счастью шанс, и тогда оно, возможно, случится…»

А потом на балкон вышел Захар с двумя бокалами шампанского:

— За тебя, любимая! За мой путеводный огонь, за моё долгожданное счастье!

Я поняла, что плачу, когда муж осторожно начал сцеловывать слёзы, катившиеся по моему лицу.

— Все хорошо, любимая. Счастье мое, выдохни. Я рядом, мы вместе. Что бы дальше ни случилось — мы справимся.

И тут Элина Витальевна решила:

— Рискну. Стану счастливой, несмотря на опыт и память. Буду радоваться каждому дню, каждой минуте рядом с этим неожиданным, сложным, но удивительным мужчиной. Сколько бы его ни было, этого счастья — проживу все с удовольствием! Думаю, я это вполне заслужила.

'Вот бреду я вдоль большой дороги

В тихом свете гаснущего дня…

Тяжело мне, замирают ноги…

Друг мой милый, видишь ли меня?'

Ф. И. Тютчев «Накануне годовщины 4 августа 1864 г.»

Вадим

Когда бы мог подумать, что встречу свои пятьдесят пять за решеткой?

По жизни я был всегда удачлив: родился в правильной семье, без труда учился, отлично женился, чтобы там предки мои по этому поводу ни думали. Даже в армию и то сходил неплохо.

А когда получилось зацепиться за целевое строительство для министерства обороны, так и, вообще, жизнь пошла шикарная.

Проекты были один другого круче, маленькая строительная фирма быстро превратилась в огромный Холдинг, заказов в работу шло много, деньги текли рекой, деловые дружеские связи образовались, дай бог каждому.

И дома, дома все было хорошо.

Моя любимая Элинка родила мне аж двух детей, они росли, в общем, без проблем. Нам всегда всего хватало, жили отлично, и жена никогда не жаловалась.

Да, отец мой умер все же рано, но мать радовала своим бодрым настроем.

Особняк мы отгрохали всем на зависть, музыкальные фестивали и вечера, которые устраивала Эля, пользовались огромной популярностью и были широко известны в стране.