Книга (Не) родная мама. Она - мой смысл жизни, страница 97 – Виктория Вишневская

Чего?..

Мне всё это мерещится? Быть этого не может!

— Ты решил сделать заповедник рядом с отелем, где отдыхают люди? — смотрю на него, как на полоумного.

Как это вообще одобрили?!

— Да, земля это позволяет.

— Документы, — чеканю я, с трудом сдерживая злость.

Тут что, все с ума посходили?

— Знал, что ты попросишь, — ухмыляется он, протягивая мне папку, с которой всё это время стоял в обнимку. В его голосе скользит насмешка, а в глазах пляшет злорадный огонёк. — Всё заранее подготовил. Или ты думал, я недельку отдыха взял, чтобы поваляться? Не-е-е, Пятницкий, ты у меня ответишь за всё, что сделал с моим лицом. Дорогушу, так и быть, забирай себе, у вас тут экземпляры поинтереснее найдутся…

Он снова бросает взгляд на Лизу, облизываясь, будто хищник, почуявший добычу. Видно, что ей не по себе. Вся сжимается, но возвращает прежнее самообладание.

— А знаете что, — вдруг произносит она. — Вы оба заслужили, придурки.

И отвернувшись, направляется на выход. Пусть идёт, минус одна головная боль.

— С характером, — фыркает этот болван, не сводя с неё глаз.

— Сильно не радуйся, — чеканю я, с трудом сдерживая злость. — Заповедника здесь не будет.

Что за бред вообще? Никак не могу понять, как он получил на это разрешение. Да и земля здесь в собственности, и я уже договаривался о покупке. Неужели он перекупил их?

— Будет, — самодовольно отвечает он. — На днях завезу сюда первую живность. Уж извини, если от меня сбегут парочку зверей и прибегут к тебе.

— Ты решил меня не сажать, а просто поиздеваться? — в голосе моём сквозит напряжение.

— А ты как думал? Посадить тебя за решётку, добиться Арины… Скучно. А вот испортить тебе жизнь, дождаться, когда твоя бывшая жёнушка сама приползёт ко мне, чтобы я перестал мешать вам… Это куда интереснее.

Быстро отворачиваюсь, лишь бы не смотреть на это отребье. Опять сорвусь. Почему не могу держать себя в руках, когда дело касается моей семьи? Он просто упомянул Арину, мозг сам всё представил, и я пришёл в бешенство.

— Паш, помоги гостю найти выход, — бросаю через плечо, не желая больше видеть этого ублюдка.

— Хорошо, — откликается Паша, делая шаг вперёд. Но, судя по всему, так просто он не даётся.

— Я знаю, где выход, — летит дерзко. — Сам найду. До встречи, Пятницкий. Уверен, она скоро произойдёт.

Арина

— Как там? — разрезаю тишину вопросом. Не хотела тревожить Пятницкого, но женское любопытство, как всегда, взяло верх.

Я до сих пор в шоке от того, что устроил Аверинцев. Построить заповедник рядом с отелем! Как вообще могла прийти в голову такая мысль? И главное — почему эта земля вообще подходит под заповедник?

Я упрямо цепляюсь за надежду, что всё это обман и провокация и что Август, после двухдневного молчания, наконец меня обрадует.

— Есть какие-то новости?

— Тебе какие? — улыбается он, снимая очки и отодвигая в сторону раздражающие бумажки. У него есть юристы, которые изучают документы, но он всё равно не смог остаться в стороне и просто ждать. Сам, ночами, вгрызался в каждую строчку. — Хорошие или плохие?

— Плохие тоже есть, да?

— Неприятные имеются, — кивает он и вцепляется пальцами в край стола. Как ребёнок, раскачивается на задних ножках стула, задумчиво глядя на кипу бумаг. — Но хорошие тоже есть.

Я вся вытягиваюсь, будто от этого зависит, что он скажет дальше. Навострив уши, сердце начинает колотиться быстрее.