Онлайн книга «Порочные бандиты для булочки»
|
Я же никогда… ммм… ни разу… ооох! Не чувствовала ничего подобного! Прикрываю глаза, понимая, что если так продолжится, то я… я не выдержу… Нет! Нужно срочно думать о чем-то максимально несексуальном! Например… хм… Почему-то в голову лезет Макар, да еще и с голым торсом, покрытым татуировками. Мгновенно низ живота пронзает горячий спазм, настолько сильный, что с губ срывается предательский писк. — Крепкий орешек, — ухмыляется Герман, и его горячее дыхание обжигает кожу моих бедер. — Держишься… — Или ты просто не очень стараешься? — вызывающе выгибаю бровь, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Много слов, а на деле… ААА! Кажется, зря я это сказала. Его язык находит новую, невероятно чувствительную точку, и волна наслаждения заставляет мое тело выгнуться. — Вот как? — прищуривается бандюк, а между ног я чувствую пульсирующее пламя. Он… вставляет в меня пальцы? Мамочки, почему это так ослепительно приятно? Его язык такой горячий, настойчивый и умелый… Герман будто читает мои тайные желания. — Я… ничего не чув… ствую… — слабо лгу, прикрывая глаза, и усилием воли призываю образ бесячки-Ефимовой с ее высокомерными глазищами. Так, вроде отпускает. Но образ Ефимовой растворяется, и тут… Слышу грохот со стороны двери, и Герман останавливается. Уф! Будь мои руки свободны, я бы смахнула пот со лба. С ним невероятно сложно, этот мужик играет на моем теле, как виртуоз на инструменте. — КАКОГО ХУЯ?! — в комнату врывается Макар, и я впервые в жизни ему по-настоящему рада. Боже, как он вовремя! Я была на грани, готовая сдаться и отдаться волнам надвигающегося оргазма, полностью подчинившись языку Германа. — Тебя стучать не учили? — невозмутимо заявляет Герман, затем медленно, с наслаждением вытирает губы тыльной стороной ладони. — Отдохни немного, золотце. Мы сейчас продолжим. А можно не надо?! Он встает, потягивается, и его обнаженное тело кажется еще более мощным. Он бросает хищный взгляд на Макара. Тот напоминает разъяренного быка. Пар почти что валит из его ноздрей, а мышцы напряглись, налитые сталью. А он… ничего так. В низко сидящих штанишках виден каждый кубик его прокачанного пресса. Макар крупнее Германа, плечи шире. И татушки такие брутальные… так, Орешкина, опять тебя не в ту степь несет. Но почему он такой злой? Сам же заявил, что я не в его вкусе! Почему тогда его взгляд так жадно, почти ощутимо скользит по моей груди? И ниже? А я лежу здесь, прикованная наручниками… совершенно голая и беззащитная… Боже… — Вы что тут творите? — рычит Макар, играя желваками. Его взгляд падает на валяющуюся на полу лампу имени современного искусства. Он усмехается. — А на что похоже? — Герман издевательски выгибает бровь. — Угадай с трех раз. — Ты ее трахаешь? — Макар нагло, с ног до головы осматривает меня, словно я не человек, а вещь. Вот же мужской шовинист! Ууу! Инстинктивно сжимаю ноги, чувствуя навязчивую, сводящую с ума пульсацию. Кончить хочется до слез. Ох, как невыносимо хочется! А тут два таких самца рядом! Их взгляды, тяжелые и похотливые, заставляют кожу гореть. Я все еще надеюсь на скандал, который остудит пыл Германа. Но он снова удивляет. — Хочешь посмотреть, как я подчиню ее окончательно? — тихо усмехается бандит. — Ты очень вовремя ворвался, Макар. Думаю, под твоим пристальным взглядом нашей булочке будет… еще жарче. |