Книга Отчим. Игрушка Бандита, страница 43 – Кэтрин Рамс

— Привыкли все силой брать? — спрашиваю я, еле контролируя своё дыхание.

Я буквально в его руках и мне очень неловко к нему прикасаться, а он уже спускается по ступенькам. Все ниже и ниже, пока я не оказываюсь полностью в воде.

Бассейн глубокий, я знаю, что, если уйти дальше, то я не достану до дна, и это сильно пугает.

Мне придётся ему довериться, что сделать в моем случае очень сложно. Я не из таких людей, мне нужно много времени.

— Когда ты перестанешь выкать? Мы с тобой не чужие люди, можно сказать, что родственники.

— Неуместная шутка, — фыркаю я недовольно. — Вы только меня не отпускайте, я боюсь…

Сама начинаю к нему жаться, потому что он уходит все дальше от ступенек. Ему вода уже достает до плеч, а мне значит, до середины головы, а значит, здесь я уже могу утонуть.

— Лад, не бойся, в моих руках с тобой ничего плохого не произойдёт.

Звучит многообещающе. Так, словно он говорит не о плавании, а о чём-то более серьёзном.

— Ой! — взвизгиваю я. — Я не чувствую дна!

Хватаюсь за его большие плечи и чуть ли не забираюсь сверху.

— Не теряй контроль, я полностью тебя держу и плавать я сам хорошо умею.

Это немного успокаивает. Вряд ли в его планах меня утопить.

— Ладно… — произношу я, стараясь дышать размеренно, однако страх все же до конца не уходит.

Давид же тем временем возвращается обратно, поближе к ступенькам, чтобы я смогла встать на дно и сильно не волноваться.

На этом все? Если так, то я очень рада!

— Давай перекладывайся на живот, — приказывает он и переворачивает меня сам, теперь я лежу на воде, а он держит меня руками в области груди и живота. — Вот так, а теперь разводи руками и ногами.

Я пытаюсь что-то сделать, но сама понимаю, что делаю это неправильно.

— Так?

— Не совсем, — говорит он с усмешкой. — Ты очень смешная.

Я пробую плыть в течение долгого времени, как мне кажется, и, когда он опускает одну свою руку, то я начинаю тонуть, быстро переворачиваюсь и буквально к нему прилипаю, как пиявка.

Страх все же победил.

Я плохая и непослушная ученица.

— Давид, мне страшно! — вздрагиваю я, цепляясь ногтями в его спину.

— Хорошо-хорошо, ты только не кричи мне больше на ухо, девочка.

Неожиданно наши взгляды находят друг друга, и мы оба замолкаем. Между нами повисает неловкая пауза, которая быстро перетекает во что-то большее. А именно в то, что руки мужчины сильнее сжимают мою талию и он наклоняет ко мне лицо, чтобы… Поцеловать?

— Мой брат рядом, не нужно… — шепчу я испуганно.

Он точно не должен этого видеть. Он же не поймёт, почему я целуюсь с его отцом и мужем мамы. Это ненормально. Грязно и отвратительно.

— Он вышел, у нас есть пару минут, — сообщает Давид, и я смотрю в ту сторону, где он до этого сидел и ел.

И правда, его там больше нет.

Надеюсь, что мы его не смутили, и он пошёл в туалет.

— Для чего? — спрашиваю я в непонимании.

На губах Давида появляется многообещающая ухмылка.

— Для этого, — произносит он хриплым голосом и я не успеваю среагировать, а его губы уже оказываются на моих.

Он сжимает меня так крепко, что мой рот приоткрывается, чем он и пользуется, его проворный язык оказывается внутри, создавая там приятное трение.

Сердце начинает биться намного чаще, пока мужчина меня целует, а я не сильно, но пытаюсь все же отстраниться, однако в области живота уже начинает приятно сводить, а пальчики ног подгибаться.