Книга Я не прощу 2, страница 20 – Юлия Бузакина

Узнаю утреннего визитера. Только сейчас он пьян вдрызг.

— О, цыпа! Надо же, и тут в вечернюю смену подрабатываешь? — хмыкает он.

Я молчу. Опустив глаза в пол, пытаюсь его обойти, но не получается. Он дергает меня за локоть.

— Куда пошла?! Я с тобой разговариваю!

Пытаюсь вырваться, но боль в руке становится сильнее.

— Отпустите! Я здесь не одна! — шиплю сдавленно.

— Не, цыпа, я тебя второй раз за день встречаю, и сейчас ты никуда не пойдешь! Порепетируем твои будущие обязанности в моем офисе? Отсосешь у меня?

— Пустите, я замужем!

— Отработаешь, тогда отпущу! — С гадкой ухмылкой эта мразь тянется к пряжке ремня на джинсах.

— Не понял… — слышу изумленный рык Олега. От стыда и унижения меня бросает в жар. Понимаю: он вышел в темный холл ресторана и все услышал.

Обидчик удивленно выпускает мою руку.

— Ты какое право имеешь к моей жене прикасаться?! — рычит Макаров.

Тот хочет что-то сказать, но не успевает: Олег уверенно наносит ему удар в лицо. Кровь брызжет на стену.

Макаров умеет бить. Прямым ударом в солнечное сплетение заставляет бандита согнуться пополам.

— Берега попутал, мразь?!

Утренний визитер крупнее и шире Олега, он отчаянно отбивается и не отступает, но ярости Олега нет предела, и боксерские навыки сопернику не помогают.

Ему на помощь из зала выбегают его друзья — судя по виду, тоже из боксерской лиги. Они отшвыривают Олега в сторону, налегают уже втроем, толкают его на пол. Бьют его все вместе.

Я кричу. Закрыв лицо руками, визжу так громко, что закладывает уши.

На мой крик выбегают московские гости. Слышен звон битого стекла, грохот выстрелов…

У бандитов пистолеты. Несмотря на неофициальную встречу, москвичи тоже держат при себе табельное оружие. Начинается самая настоящая перестрелка, и я оседаю по стене на пол. Чувствую сильную руку Олега.

Он дергает меня на себя, тащит к выходу. Сплевывает на ходу кровь, вытирает разбитое лицо.

К входу с обеих сторон несутся дежурные полицейские машины.

Как черти из табакерки, из ниоткуда появляются оперативники. Они при исполнении. У них полицейские дубинки, которые идут в ход. Бить они умеют не хуже, чем мой муж. Пара минут, и в холле ресторана кровавое месиво, на которое я не могу смотреть. Оперативники вяжут моих обидчиков, надевают на них наручники и уверенно выводят из ресторана.

Круглолицый зло смотрит в мою сторону. Его лицо все в крови. Хочет что-то сказать, выплевывает угрозу вместе с кровью, но полицейский грубым толчком в спину заставляет его сесть в полицейскую машину.

Я неотрывно слежу за тем, как захлопывается дверца.

— Оль, ты как?

Я вздрагиваю. Понимаю, что Олег с тревогой нависает надо мной.

Напряженно сглатываю.

— Не знаю…

Поднимаю голову и с ужасом рассматриваю ссадины на его лице. Взгляд скользит по разбитой витрине ресторана. Понимаю, что здесь нашу годовщину мы с Олегом точно не будем отмечать.

— Вот это веселье! — Ушаков толкает покосившуюся входную дверь ресторана. Его зеленые глаза горят, теперь уже от досадливого недоразумения. — Давно мы в такой заварушке не участвовали! Не скучно вы тут живете на юге, Олег Юрьевич! И было бы понятно, если бы из-за фабрики драку устроили, так нет — женщину не поделили!

— Не смешно совсем. — Олег забирает у Марины добытый на кухне ресторана лед и прикладывает его к разбитой скуле.