Книга Носорог, страница 122 – Лина Филимонова

— Волнуешься? — спрашиваю Мышку, когда мы выходим из машины.

— Да…

— Все будет хорошо, — повторяю я наше обычное заклинание.

Мы постоянно говорим это друг другу, когда кого-то накрывает.

— Я знаю, — кивает Соня. — Но я же не могу быть совсем спокойной. Такое событие!

Мы держимся за руки. Входим в кабинет.

— Здравствуйте!

— О, тревожные беременные пожаловали, — улыбается врач.

— Чего это мы тревожные?

— Помнится, вы в прошлый раз посреди ночи прискакали. Безо всякой видимой причины.

— Ну, было дело, — киваю я. — Но мы уже успокоились.

— Вот и прекрасно.

Начинается процедура. Мышка неотрывно таращится на экран. Я сжимаю ее руку и смотрю на врача. В УЗИ я мало что понимаю. А вот по его лицу многое можно понять. Он внимательно всматривается, задумчиво качает головой, снова изучает экран, делая какие-то измерения.

— Я, конечно, могу ошибаться… Срок всего четыре недели… Но, похоже…

Он замолкает. Мы с Соней перестаем дышать. Оба наши сердца падают куда-то в коленки и бьются друг о друга.

— Да нет. Я не ошибаюсь, — наконец, продолжает врач. — У вас двойня. Поздравляю!

— В смысле… два ребенка? — тормозит Мышка.

А я сразу все понимаю и сразу верю. Вообще, я так и думал. Слишком рано у Сони проявились симптомы беременности. Такое нередко бывает, когда ждут двойняшек.

— Ага, — спокойно говорю я. — Скорее всего, мальчик и девочка.

— Откуда ты знаешь? — поражается растерянная Мышка.

— Чуйка, — говорю я.

И вспоминаю, как Соня выбрала сначала розовый тест на беременность, а потом голубой. А я купил две пары пинеток таких же цветов. Нет, я не суеверный и не верю во всякие предчувствия и предзнаменования. Я просто знаю. Откуда? Оттуда же, откуда знал про беременность, еще когда не было вообще никаких признаков. У меня животная носорожья чуйка.

— Двойняшки — это как раз то, что нам нужно, — спокойно произношу я.

— Сразу двое… — лепечет Соня. — Бабушки и дедушки с ума сойдут!

— Так им и надо. Сами требовали внуков. А наши дети точно дадут им жару… Прощай спокойная жизнь.

Мышка улыбается.

— Думаешь, маленькие Носорожики будут хулиганами?

— Один Носомышь и одна Мышерожка. Хулиган и принцесса. Чемпион и разбойница. Одна очаровывает, второй мутузит. Вместе — сплоченная банда.

Соня хохочет, я тоже. Узист смотрит на нас, как на ненормальных. В прошлый раз я истерил, в этот мы оба ржем, как кони…

Счастливые, вываливаемся из клиники, идем по улице, держась за руки. По дороге покупаем мороженое и воздушные шарики. Резвимся, как дети. Просто нас распирает от радости. От внезапно привалившего двойного счастья…

* * *

— Кеша…

— Что?

— Я не могу уснуть.

— Я сейчас тебя усыплю.

— Ты меня уже два раза усыпил! А у меня сна ни в одном глазу.

— У меня тоже, — признаюсь я.

— Может, пойдем нападем на холодильник?

— Погнали. Там точно есть вкусная добыча.

Мы топаем на кухню. Греем молоко, делаем какао с зефирками. Это Мышка меня научила. Вкуснота! Особенно с печеньками, как любит Соня. Или с ветчиной, как люблю я.

— Когда мы всем скажем? — спрашивает Соня, грея руки об кружку с ароматным напитком.

— В выходные всех позовем, — говорю я, набрасывая ей на колени плед.

— Праздник? — ее глаза загораются.

— Хочешь?

— Хочу!

— А спать?

— Ни капли, — признается она, отставляя пустую кружку. А потом вдруг просит: — Споешь мне колыбельную?