Книга Последняя любовь капитана Громова, страница 46 – Лина Филимонова

Он меня разбудил.

Я расцвела, ожила, ощутила вкус жизни - яркий, сочный, глубокий. Я как будто начала жить и чувствовать на полную катушку. Даже в мелочах.

Когда мы гуляли по парку вместе, краски осени были ярче.

Когда мы вместе пили чай - он наполнялся особым вкусом.

Все стало ярким и красивым. Так действует влюбленность. И эйфория…

А сейчас мне очень грустно. И эту грусть я тоже ощущаю так остро! Мне кажется, раньше я не способна была так грустить. Тем более, из-за мужчины.

Никто никогда не западал мне так глубоко в душу…

Да. Я живу. Продолжаю жить и чувствовать. И где-то в глубине души верю, что всё будет хорошо.

Не знаю, как, не знаю, когда. Но обязательно будет.

* * * *

— Что случилось? - спрашивает Маруся, как только мы с ней встречаемся.

— Так заметно? - вздыхаю я.

— Ты не умеешь притворяться.

— А мне очень надо…

— Громов?

— Да.

— Вот гад!

— Почему сразу гад?

— У тебя глаза опухшие.

— Значит, плохая тоналка….

— Значит, гад.

Маруся - удивительная женщина. Я провела с ней всего пару минут - а мне уже легче.

А ведь я старалась держать лицо, улыбаться и вести себя так, чтобы никто не заметил, что мне плохо. Зачем портить предстоящий праздник? Никому не нужны мои проблемы.

Оказывается, нужны… Маруся искренне за меня переживает.

— Так что он натворил? - спрашивает она.

— Он уезжает. Навсегда.

— Что?!

У Маруси глаза лезут на лоб.

— Куда? Зачем?

— Я задала ему эти вопросы. Но он не ответил. Просто сказал: мне надо уехать, у меня нет выбора.

— Да он не просто гад, он козел! - неистовствует моя будущая родственница.

— Значит, есть причины…

— Да какие причины? Вот так оставить женщину в подвешенном состоянии - это настоящее козлячество! Не ожидала такого от Громова. Помнишь, я тебе говорила, что он нормальный мужик?

— Помню…

— Беру свои слова обратно! - в запальчивости произносит Маруся.

Такое ощущение, что она злится на Бориса сильнее, чем я. И это, почему-то, приятно…

— А ещё ты говорила, что он очень упрямый, - напоминаю я.

— Настоящий осел!

— Или козел?

— Одно другому не мешает!

— Ладно. Мы с тобой не для обсуждения Громова встретились. Давай решать, что у нас будет с караваем.

Мы обсуждаем свадебные дела, но время от времени возвращаемся к Громову. Это все Маруся! И, что интересно, она постепенно успокаивается. Сначала чуть ли не отлупить его предлагала, а в конце говорит:

— Все же Громов не козел. Не может человек стать козлом внезапно. Хотя… Да нет, не может.

Я пожимаю плечами. Наверное, не может. И такому поведению есть причина. Но я ее не знаю…

— Подожди немного, - произносит Маруся. - Дай ему повариться в этом.

— В чем?

— Кто ж его знает… Что-то его накрыло. И сразу не отпустит.

— А не сразу? - с надеждой спрашиваю я.

— Никаких гарантий нет, - честно отвечает Маруся.

— Я понимаю…

— Ты, конечно, сама смотри. Но мне кажется, лучше его пока не дергать. Он сказал, уедет через месяц. Значит, время ещё есть. Надо просто подождать.

— А, может, я не хочу ждать неизвестно чего неизвестно сколько! - вырывается у меня.

— Понимаю. Я тоже такая. Гордая, как черт. Ну тут уж ты сама смотри. Насколько это все задевает твою гордость...

— Да плевать мне на гордость! Я же вижу: ему плохо. Я помочь хочу!

— Не спеши помогать, - качает головой Маруся. - Громов не любит, когда ему помогают. Он мужик, орел и герой. Вот у кого гордость так гордость…