Книга Последняя любовь капитана Громова, страница 43 – Лина Филимонова

— Что случилось?

— Да ничего, просто возникли кое-какие срочные дела.

— Понятно… - выдыхаю я.

А сразу позвонить нельзя было? Чтобы я не волновалась и не накручивала себя? Сорок пять минут! Это очень много.

Я злюсь. Вот прямо по-настоящему злюсь на Бориса. И - собираюсь высказать ему все это.

И, только я открываю рот, Громов произносит:

— Я позвоню тебе завтра.

И - бросает трубку!

Я стою с телефоном в руке, как помоями облитая. Что это было вообще? Я как будто сейчас не с Борисом разговаривала.

Он никогда раньше так себя не вел! Всегда был внимательным и чутким. Если опаздывал - предупреждал. Если по какой-то причине планы менялись - извинялся.

А тут.… он просто оборвал разговор!

* * * *

Что-то не так. Что-то изменилось. Я это чувствую даже на расстоянии.

Он не пишет мне: “Доброе утро”. Весь день не звонит.

Я тоже.

Я обиделась! По-настоящему. И жду извинений.

День тянется невыносимо долго. А тяжесть на сердце давит все сильнее и сильнее.

Вечером он приезжает. И я с порога понимаю: все плохо. У него, у нас, вообще… Все не так, как было.

Мы пьем чай. Почти не разговариваем. Так, какие-то ничего не значащие фразы.

И - он ни разу ко мне не прикоснулся.

Он отставляет чашку. И я думаю: вот, это оно. Сейчас он извинится, расскажет, что на него навалились какие-то серьезные проблемы. Я его успокою. И все будет, как раньше.

Но вместо этого Борис произносит:

— Инга, мне нужно уехать.

— Когда?

— Примерно через месяц. Разберусь со всеми делами - и улечу.

— Надолго?

Он молчит.

Смотрит в сторону. Я чувствую, что ответ будет очень неприятным. Но такого все же не ожидаю…

— Возможно, навсегда.

Инга

Я ничего больше не спросила.

Потому, что чувствовала: он все равно не ответит.

Он был не со мной.

Формально - да, он был рядом, пил чай, или делал вид, что пьет. Но его мысли были где-то далеко.

От был холодным и отстраненным. Совершенно чужим.

Допил чай, произнес:

— Мне пора.

И просто ушел.

А я долго сидела за столом, смотрела в чашку с недопитым чаем и чувствовала, что умираю…

Это было слишком хорошо. Все это время я была в раю. Громов был слишком идеален.

Так не бывает!

С самой первой встречи у меня в голове вертелась эта мысль, но я постоянно ее отгоняла. Я с самого начала боялась, что все закончится моим разбитым сердцем. И вот сейчас я чувствую, как оно разлетается на осколки, истекая кровью.

Я догадывалась, что мне будет больно, если мы расстанемся. Но не представляла, что настолько…

Я даже не плакала. Просто не могла.

Слёзы застыли где-то в груди, сдавив ее, не давая нормально вдохнуть. Горло как будто сковал спазм. А я превратилась в ледяное изваяние…. На несколько часов.

А потом я встала, убрала посуду, приняла душ и легла спать.

Я даже уснула. И во сне забыла, насколько я несчастна. Мне снился Борис. Мы с ним гоняли с ним на мотоцикле по цветущим лугам, он смеялся и целовал меня…

А утром мне позвонила Лера, мы обсуждали свадьбу, до которой осталось всего несколько дней, она весело щебетала… И тяжесть в груди немного отпустила.

Даже если Громов реально уедет навсегда… Уедет. Он так сказал. Он всегда делает то, что решил.

Ладно. Он уедет. А я останусь. Не одна! У меня есть дочь. И скоро будут внуки. Я буду бабушкой. И в этом обрету свое счастье.

Я была невероятно счастлива с Борисом. Целых полтора месяца. И я очень рада, что в моей жизни все это было. Даже если закончилось вот так…