Книга Развод в 45. Моя новая весна, страница 22 – Лея Вестова

— Доброе утро, — сказал он, когда я открыла дверь. — Не разбудил?

— Что вы, я уже давно встала, — соврала я. На самом деле я спала крепко и сладко, как не спала уже много лет. — Проходите, кофе будете?

— Если не помешаю. — Он вытер ноги о коврик с такой тщательностью, что я невольно улыбнулась. — Это вам, — он протянул мне коробку.

Внутри лежала рыба. Четыре красивые форели с серебристой чешуей и ясными глазами.

— Вчера на речку ездил, — пояснил Иван. — Клевало хорошо. Одному такую прорву не съесть.

Я взяла одну рыбу в руки. Она была тяжелая, плотная, пахла свежестью и речной водой. Когда в последний раз я держала в руках что-то настолько настоящее, не из магазина? Петр покупал только филе в вакуумных упаковках, морщился при виде целой рыбине, говорил, что это «негигиенично и примитивно».

— Спасибо, — сказала я. — Но я не очень умею с рыбой... То есть готовить умею, а вот чистить, давно не приходилось...

— Научу, — коротко ответил Иван. — Дело нехитрое.

Пока я готовила кофе, он принес с улицы старую разделочную доску, которую нашел в сарае, и острый нож. Мы устроились на веранде. Утро было ясное, прохладное, воздух пах осенней свежестью и последними астрами.

— Смотрите, — Иван взял одну форель и показал, как правильно держать нож. — Сначала чешую против роста счищаем. Вот так, короткими движениями.

Его руки двигались уверенно, точно. Чешуя слетала серебристым дождиком. Потом он показал, как вспороть брюшко, удалить внутренности, отрезать голову и плавники. Все это он делал быстро, без лишних движений, как человек, который проделывал эту процедуру тысячи раз.

— Теперь вы, — он протянул мне нож.

Моя первая попытка была неуклюжей. Нож скользил по мокрой чешуе, руки дрожали, я боялась порезаться. Иван терпеливо поправлял мои движения, показывал, под каким углом держать лезвие.

— Не бойтесь, — говорил он. — Рыба уже мертвая, хуже ей не сделаете. А себе тоже, если осторожно.

Постепенно я освоилась. Вторую форель почистила уже увереннее, третью — почти ловко. Иван одобрительно кивал, изредка что-то подправляя.

— Хорошо, — сказал он, когда мы закончили. — Быстро учитесь.

Мы вымыли руки у колодца ледяной водой, которая обжигала пальцы, но зато отлично смывала рыбный запах. Я пригласила Ивана позавтракать, но он покачал головой.

— Дела у меня. А вечером, если хотите, приду. Покажу, как форель лучше приготовить.

После его ухода я еще долго сидела на веранде, попивая остывший кофе и глядя на аккуратно почищенную рыбу. Это было странное ощущение — радоваться такой простой вещи, как освоенный навык. Раньше все мои умения крутились вокруг интеллектуальной работы: я могла найти любую книгу в каталоге, составить библиографию, написать аннотацию. Но это были навыки для другой жизни, для другой Кати. А эта, новая Катя училась обращаться с настоящими, осязаемыми вещами. И каждое новое умение прибавляло уверенности.

День прошел в обычных делах. Я стирала белье в старой стиральной машинке, которую Иван помог мне подключить на прошлой неделе. Развешивала его на веревке во дворе, наслаждаясь тем, как простыни полощутся на ветру. Убирала в доме, постепенно приводя его в порядок. К вечеру на кухне вкусно пахло щами и пирожками с луком и яйцом.

Ровно в семь Иван постучал в дверь. В этот раз он пришел с сумкой в руках в которой как оказалось, лежал лимон, какие-то травы и бутылка белого вина.