Книга Горячий черный чай. Том 1, страница 39 – Ппан Ким

— А…

Над головой послышался стон. Поскольку я приземлилась на того, который был у меня за спиной, я почти ничем не ударилась.

— Ой, прости.

Я округлила глаза и посмотрела наверх, но в этот момент над моей головой появилась тень. Кто-то поднял меня, обхватив одной рукой, и вернул мне вертикальное положение.

— Здорово я тебя поймал.

Мне в глаза смотрел Им Согён, вокруг плеч которого была завязана спортивная толстовка. Он стоял передо мной и широко улыбался.

* * *

Им Согён взял карандаш, но тут же бессильно уронил его.

— А-а-а, никак не могу его удержать.

Я посмотрела на карандаш, который покатился по парте. Этот парень спас меня, подхватив в дверях класса, и теперь жаловался, что у него болят пальцы. Он вытащил из-под парты учебник и сразу же уронил его, затем взял карандаш и тоже уронил, а потом начал стонать, переворачивая страницы учебника.

— Эй, Хончха, сам посмотри. Я правда не могу держать карандаш.

— …

— Пальцы не сгибаются.

— Не шути так.

— Эй, но я серьезно!

Им Согён снова взял карандаш, который только что перестал катиться по столу. Но сразу же выронил его, не в силах толком удержать между пальцами. Карандаш снова покатился по столу, и в этом звуке я ощутила какое-то давление.

— Больно. С какой стороны ни посмотри, мне больно.

Мне казалось, что он специально говорил это, чтобы я услышала, поэтому я сжала свой карандаш и, дрожа от негодования, повернула голову.

— Эй, тогда просто сходи в медпункт.

— Медпункт? А что, если я приду туда и узнаю, что с рукой реально что-то не так? – Им Согён поднял бессильно повисшее запястье и потряс им туда-обратно. – Если я пострадал, то только из-за тебя.

— Ну, и что ты предлагаешь?

— Ты должен обо мне заботиться.

Позаботиться? Подумав, что он несет полную чушь, я быстро зыркнула на Им Согёна и отвернулась.

Учителя не было, поэтому мы должны были заниматься самостоятельно. Им Согён поднял взгляд, посмотрел на время, затем отодвинул стул.

— Эй, схожу-ка я в медпункт.

Затем он весь скрючился и вышел через заднюю дверь класса. Я проводила взглядом его спину, которая быстро скрылась из виду, и фыркнула.

— Ха, какой абсурд.

Действительно, абсурд. Я потрясла головой и перевела взгляд с задней двери класса на свою парту, но вдруг увидела лежащий на полу карандаш. Он упал, прокатившись по парте Им Согёна.

Некоторое время я смотрела на лежащий на полу карандаш, но затем все же наклонилась и подняла его. Похоже, при падении грифель сломался и кусочек древесины откололся. Я подумала, а не оставить ли карандаш там, где он был, но мне не понравилось, как он выглядел, поэтому я достала из пенала канцелярский нож.

Положила под руку тетрадь и взяла левой рукой карандаш. А в правой сжала канцелярский нож, лезвие которого вытянула вверх. Я приложила лезвие к дереву карандаша и надавила большим пальцем на него с тыльной стороны, чтобы снять тонкий слой древесины.

Показался тупой кончик сломанного грифеля, и я заточила его острым лезвием. Сточенные кусочки древесины и пыль грифеля скапливались на моей тетради.

— Вроде бы готово.

Я решила написать что-нибудь заточенным карандашом.

Им Согён

Когда рука вывела эти три слога, мое лицо окаменело, и я с опозданием задумалась, почему вообще я написала имя этого парня.

Как это почему? Потому что это карандаш Им Согёна. Да, именно поэтому. Я убрала канцелярский нож и положила заточенный карандаш на парту одноклассника.