Книга Горячий черный чай. Том 1, страница 35 – Ппан Ким

Поэтому школьники подбегали к стене и звали хозяина палатки, и в конце концов тот начал доставлять им еду. Он принимал заказы через стену, а затем приносил их ребятам.

Я вообще-то пошла за Им Согёном, поверив про урок и класс. А он заказывает два корн-дога?!

— Ты же сказал, что нам надо в другой класс на урок.

— Ага.

— Вряд ли он будет в палатке с закусками.

— Конечно.

Мои брови вопросительно нахмурились, но Им Согён только пошарил в карманах, нисколько не изменившись в лице.

Что это с ним вообще?

Один корн-дог стоит две тысячи вон. Им Согён достал из кармана купюру в пять тысяч вон, передал ее хозяину палатки, стоявшему по другую сторону стены, и получил от него сдачу и два корн-дога.

При мысли о сахаре и кетчупе, которыми были покрыты закуски, у меня потекли слюнки. Я сама не заметила, как мой взгляд устремился на великолепную румяную корочку. Им Согёну, похоже, ситуация показалась дурацкой, и он рассмеялся.

— Что бы ты делал, если бы не пошел со мной? – сказал он, протягивая мне корн-дог. – С сегодняшнего дня будешь моим другом по закускам.

— Эм?

Хотя я и не поняла, что он имеет в виду, взяла предложенный мне корн-дог и только после этого подняла голову. В этот момент Им Согён повернулся и потряс рукой с закуской.

— Мои друзья такое не едят.

Мы сели на корточки в узком проходе позади здания восточного корпуса и продолжили есть корн-доги.

Двумя минутами ранее, когда мы неторопливо шли по стадиону с закусками в руках, кто-то из учителей окрикнул нас:

— Ах вы, маленькие гаденыши!

Мы оба замерли с корн-догами во ртах, но Им Согён сообразил первым и побежал. Я быстро догадалась последовать за ним.

Местом, где мы решили спрятаться, оказался узкий проход между ограждением и зданием восточного корпуса.

— Доедим, прежде чем пойдем в класс. И вытри рот.

Я кивнула, проглотив кусок корн-дога, который был у меня во рту. Я откусила слишком много, чтобы доесть побыстрее, поэтому мои щеки раздулись, как у хомяка. Я держала палочку двумя руками и старательно работала челюстями, а Им Согён, который уже доел свой корн-дог, только молча улыбался.

В таком виде я повернула голову. Когда наши глаза встретились, я заметила, что губы Им Согёна были плотно сжаты, как будто он с трудом сдерживал смех. Мне хотелось спросить, что тут смешного, но я решила, что еще не время открывать рот, поэтому быстро прожевала корн-дог. Затем, словно не в силах больше сдерживаться, Им Согён громко рассмеялся.

— Эй, тебе точно восемнадцать?

Точно. Я проглотила то, что было у меня во рту, и собиралась было ответить, но рука Им Согёна поднялась к моему лицу.

— Ты же весь обляпался. Как так можно?

Он с улыбкой вытер уголок моего рта.

Было такое чувство, будто по моим губам катятся крупинки сахара. Прикосновение пальца Им Согёна ощущалось как-то странно.

Я только и смогла, что широко раскрыть глаза и уставиться на его сосредоточенное лицо и руку, которая двигалась перед моим носом. Губы Им Согёна, на которых не было ни одной крупинки сахара, оказались алыми и пухлыми.

— Говорю же, надо как следует вытереть рот, как будто мы ничего не ели.

Я моргнула и отстранилась назад. Что это было? Его действия показались мне очень нежными.

— А… Я запачкался?

— Я уже все убрал.

— Угу.

Я вытерла губы тыльной стороной ладони и засунула в рот остатки корн-дога. Мне показалось, что чем быстрее я доем, тем быстрее мы уйдем отсюда.