Книга Две стороны одной измены, страница 46 – Полина Рей

Сказав это, она посмотрела на наручные часы и завершила жуткую встречу словами:

— Я свяжусь с тобой завтра. Расскажешь, как продвигается вопрос арендованной для меня квартиры.

Исчезла она из поля его зрения быстро. Просто ушла и всё. Оставив Лёшу просто в невероятном состоянии жуткой оторопи. Он бы многое отдал за то, чтобы сейчас из кустов выскочил какой-нибудь ведущий, который бы закричал, что всё это было розыгрышем, но секунды текли, а ничего не происходило.

Жизнь превратилась в сущий кошмар, но всё, что творилось, было правдой.

Впереди его ждал настоящий личный ад на Земле…

Наши дни

Лариса принялась за подготовку дарственной, но Алексей уже понимал: ничего не будет так, как прежде. Не выйдет у него дальше нормальной жизни с женой, как бы он ни старался.

Конечно, Лёша был готов на все требования Лары, но надежды на возвращение к нормальному существованию не было никакой.

И, тем не менее, пойти на этот шаг – самое меньшее, что он мог сделать по отношению к собственной семье. Настоящей, которая состояла из Ларисы и Лены. Двух любимых женщин его жизни. Жены и дочери, которых, как казалось, он уже потерял.

— Лара… Лар! Ты чего в ванной так долго делаешь? – спросил Алексей, сообразив, что супруга, которая отправилась принять душ и развесить бельё, довольно давно не выходит.

Ответом ему была тишина, которая послала по телу Лёши толпу мурашек. Они сначала были мелкими и жгучими, затем превратились в настоящий табун, который пронёсся по телу галопом.

— Лариса! Ответь!

Заорав не своим голосом, полным неподдельного ужаса, Алексей забарабанил в дверь ванной, но жена не откликнулась и на этот раз.

Мурашки исчезли, а им на смену пришёл настолько ядрёный мороз по коже, что от него свело конечности.

Ударив плечом в дверь, Алексей взвыл. Показалось, что кость переломалась надвое, но на это ему было плевать. Каждую клеточку тела парализовало отчаянием и страхом.

Лёша бросился в кладовку, соседствующую с кухней. Кое-как нашёл там фомку, с которой и ломанулся обратно к запертой двери. Несколько ловких движений, на которые ушли все оставшиеся силы, и вот проход в ванную удалось открыть…

— Лариса!

Отбросив инструмент, который соприкоснулся с полом с диким лязгом, Алексей упал на колени перед женой.

Она полусидела возле стиральной машинки – ноги подогнуты в коленях, голова опущена, а руки безвольно лежат на полу.

— Лара, Господи, ответь мне!

Вопль Алексея разнёсся под равнодушными сводами крохотной ванной, когда он стал похлопывать жену по щекам. Сначала осторожно, затем с силой.

Убедился в том, что пульс есть, но радости это особой не принесло. Он едва прощупывался и был каким-то рваным, как будто сердце готово было совершить последний удар и больше никогда не завестись. Не начать биться, чтобы разогнать кровь по побледневшим конечностям.

— Лариса-а-а!

Крик был схож на то, какие издают умирающие животные. Пока Алексей с трудом тащил жену к кровати, он умер мысленно несколько миллионов раз. И столько же раз возродился, потому что не имел права погибать, пока не спасёт любимую.

Она всё ещё была без сознания, и когда Алексей вызывал скорую, даже не пошевелилась. А на мгновение ему почудилось, что грудная клетка Лары перестал слабо подниматься и опускаться.

Получив заверения врачей, что они будут как можно скорее, Лёша опустился на колени возле постели, на которой лежала жена, и начал молиться. Впервые за долгое время.