Книга Слабонервным не входить!, страница 100 – Наталья Юнина

— Это я тебя хочу спросить, что происходит? Ты почему в таком виде?

— Долгая история. У тебя есть что-нибудь выпить?

— У нее нет ничего выпить, Катерина.

— Вообще-то есть.

— Вообще-то, если ты употребишь с ней за компанию, все по одному месту идет. У нее нет ничего выпить, Катерина.

— Есть. Пойдем чаем тебя отпою.

Если еще пару секунд назад Саша был в гневе от появления Кати, то сейчас нет. Он забывает об этом, когда она принимается снимать с себя пиджак. Двинуть бы ему в морду за то, что так пристально рассматривает ее грудь в просвечивающейся майке и трусы. Одна надежда на то, что он просто поражен, как и я, отсутствующей на ней одеждой. Ну и, возможно, бурундуком на ее трусах.

— Катерина, свет не моих очей, шапку забыла снять.

— Ой, точно.

Кладет каракуля на полку и, все так же шмыгая носом, идет в гостиную. Мы синхронно провожаем ее взглядом. Точнее уже ее задницу, которую аналогично украшает рисунок бурундука. Ну ладно, я могу смотреть. Но этот-то куда так пялится на красивое без целлюлитное тело?

— Нравится, Александр Владимирович?

— Я в смешанных чувствах. Возможно, у нее не клеится с мужчинами, потому что бурундуки защищают вход в ее пещеру.

Толкаю его в плечо. Придурок. Однако его слова, как ни странно, веселят. Возможно, потому что рассматривал он все же бурундуков, а не Катину попу и просвечивающуюся в майке грудь.

— Иди поставь чайник.

— Ты ничего не перепутала? – возмущенно спрашивает он.

— Ой, точно. Идите, Александр Владимирович.

Сама не знаю отчего иду за покрывалом. То ли хочу искренне согреть Катю, то ли во мне говорит это мерзкое бабское ощущение проклятой ревности. И тут же себя одергиваю. Я ведь не сука какая-нибудь.

За столько времени я изучила Катю. И что-то мне подсказывает, что сейчас случилось что-то совсем из ряда вон выходящее. Достаю коньяк и ставлю на журнальный столик.

— Кать, что случилось? Почему ты в таком виде?

— Потому что неудачница.

— И только? Тебя никто…не изнасиловал?

— Ой, я тебя умоляю. В таком случае она бы радовалась. Шутка, – тут же произносит Полуянов, поставив кружку с чаем на столик. – Зато перестала пускать сопли, слюни и слезы. Ну так что ты тут делаешь в такой час, непрошенная гостья?

— А вы что тут делаете?

— Разумеется, работаем, – усмехаясь произносит Саша.

— Вы все-таки переспали, – не спрашивает, а утверждает моя подружка.

— Благодаря тебе, сего волшебного соития не случилось, Катерина.

— Ну и замечательно, – уже более привычным тоном произносит Катя, потянувшись за коньяком.

— Вот тебе еще одно доказательство, Наталья. Женской дружбы не бывает.

— Очень даже бывает. Я ее честь блюду. И вообще, когда герои переспят, что писать-то дальше? Все кончили. Все, можно расходиться.

— Ну, есть вариант, что кончат не все. Это ж не книга, Катерина.

— Да, не книга. Там все героини в итоге дают, не как в жизни, – улыбаясь произношу я.

— Да, и такие дуры в жизни бывают, – соглашается Полуянов.

— И не говорите, Александр Владимирович. В жизни много дур, как и мудаков. Кать, – перевожу на нее взгляд. – Так что все-таки случилось?

— Я была со своим начальником за городом на важной встрече. Мы закончили позднее, чем планировалось. И он предложил переночевать в гостинице.

— Этот урод к тебе приставал?!

— Все не так. Там не было свободных номеров. И он взял один люкс с двумя спальнями.