Книга Я тебя не хочу, страница 98 – Елена Тодорова

Пока открываю приложение, скручивает живот.

Твой Идол: Не вздумай сообщать следователю, что мы были вместе.

По спине сбегает дрожь.

Были вместе? Это вот так вот просто называется?

Щеки опаляет жаром. Молниеносно это пламя перекидывается вниз — на шею и грудь.

Дыхание срывается, когда набиваю ответ.

Твоя Богиня: Ок.

Мне горько от обиды, но сил препираться с этим козлом нет. Убрав звук на телефоне, ложусь на кровать. Читать не хочется, как себя не настраиваю. Предпочтительней смотреть кошмары. Подхватываюсь почти так же часто, как и ночью, но быстро проваливаюсь в новые сновидения. В таком режиме мой день и проходит.

Выбираюсь, только когда Саламандра зовет к следователю.

По дороге в библиотеку невольно становлюсь свидетелем странного разговора.

— Только ты возвращаешься, и у нас умирает служанка, — голос Димы доносится из одного из примыкающих к гостиной коридора. Никаких особых эмоций он не выдает, но жесткость ледяного тона заставляет меня вздрогнуть. Поколебавшись, быстро пересекаю пространство, чтобы скользнуть в нужное мне крыло. Дальше не иду. Зачем-то замираю у стены и напряженно прислушиваюсь. — И не просто служанка, а та, которая знает тебя и ту гребаную историю, которая произошла здесь одиннадцать лет назад. Надо же, какое, блядь, совпадение! А еще… Дежавю.

Кому он это говорит?

Только я успеваю задаться этим вопросом, звучит ответ, который расставляет некоторые точки.

— Ты на что-то намекаешь, щенок?

Марк! Любитель служанок!

Боже мой…

— Прибереги свои пижонские замашки, дядя. Ты не настолько старше меня, чтобы иметь возможность так ко мне обращаться. А я уже не так, сука, слаб, чтобы тебе это позволять.

— Ты мне угрожаешь? — уточняет Марк насмешливо.

— Предупреждаю, — растягивает Дима по слогам.

И это действительно звучит жутко. Будто он способен на все.

— Ну-ну… А сам-то где был, когда все случилось?

В этот момент меня бросает в жар. Притом что я перед выходом из комнаты сбивала температуру, перегревается организм так, что выступает пот.

— Катись в ебеня, анкл[1], — высекает Дима.

Сразу после этого не успевшую утвердиться тишину заполняют тяжелые звуки шагов. Я вынуждена удирать, дабы не быть застигнутой. Хочется, конечно, остановиться и обмозговать услышанное, но, увы, такой возможности у меня нет. Едва я добегаю до библиотеки, дверь открывается, и мне приходится в нее войти.

В голове петарды взрываются, пока изучаю сидящего за столом следователя. Сосредотачиваться на том, о чем спрашивает, трудно. Хорошо, что правоохранитель задает стандартные вопросы, к которым я успела подготовиться.

— Ничего не видела. Ничего не знаю. В момент, когда все произошло, гуляла в саду.

— Посреди ночи? — тут же удивляется мужчина.

Смотрю на его причудливые, изогнутые и торчащие острыми концами вверх усы, и зависаю.

— Мы работали весь день. Было около трех ночи, когда я поняла, что мне нужно развеяться.

— Хм… Значит, вы ушли вглубь сада?

— Да.

— Насколько далеко?

— В каком смысле?

— Насколько далеко от основного места празднования вы были?

— Ну… — выдаю я запыханно. Пытаюсь сохранять спокойствие, но чувствую, как нервно мечется мой взгляд. По всему периметру библиотеки прохожусь, пока, наконец, не заставляю себя сосредоточить внимание на корешке одной из книг. — Вероятно, не очень далеко, раз я услышала сирену скорой.