Книга Измена. Жена на полставки, страница 58 – Екатерина Мордвинцева

— Нет, — он покачал головой. — Я просто мужчина, который наконец-то понял, что бояться нечего. Кроме собственного страха.

Мы сидели, держась за руки, и я чувствовала, как его спокойствие передается мне.

Сегодня будет хороший день.

Я знала это.

Офис встретил меня привычной суетой. В коридорах сновали люди с папками и телефонами, Ксения, как всегда, пилила ногти на посту, Нина Павловна протирала пыль с подоконников.

— Доброе утро, Светлана Витальевна! — хором поздоровались они, когда я появилась в приемной.

— Доброе, — кивнула я, проходя в свой кабинет.

На столе лежала повестка в суд.

Я взяла ее дрожащими руками, прочитала. Первое заседание — через десять дней. Одиннадцатое марта, десять утра, Останкинский районный суд.

Меньше двух недель.

А потом — бой.

Не физический, но от того не менее страшный. Бой за правду. За справедливость. За внучку.

Я спрятала повестку в ящик стола и принялась за работу. Отвлекаться нельзя. Работа — мое спасение. Моя опора. Моя территория, где я — профессионал, а не жертва семейных обстоятельств.

Около одиннадцати в дверь постучали.

— Войдите.

На пороге стоял Марат Ильнусович.

— Светлана Витальевна, — сказал он, закрывая за собой дверь. — Олег Юрьевич попросил меня помочь вам с одним делом.

— Да, — кивнула я. — Слежка за Чадовым.

— Именно, — он сел на стул, положив на стол планшет. — Я уже подключил своих людей. В кабинете Чадова установлена скрытая камера и прослушка. Сегодня же начнем запись.

— Это законно? — спросила я, хотя ответ уже знала.

— Не очень, — усмехнулся Марат. — Но когда речь идет о спасении человека, законы иногда можно и нарушить. В разумных пределах, конечно.

— Я не хочу, чтобы у вас были проблемы.

— Не будут, — он покачал головой. — Я профессионал. И у меня есть допуск к некоторым… спецсредствам. Не волнуйтесь.

— Хорошо, — я доверилась ему. Олег не стал бы подставлять своего друга.

— Кроме того, — продолжал Марат, — я нашел свидетелей, которые готовы подтвердить, что ваш муж угрожал им, шантажировал и требовал давать ложные показания.

— Кого? — удивилась я.

— Полину, её парня, нескольких бывших сотрудников Толика, с которыми он жестоко обошелся, — перечислил Марат. — Они согласны выступить в суде.

— Но Полина же была его сообщницей!

— Была, — кивнул он. — Но раскаялась. А раскаяние — смягчающее обстоятельство. К тому же, она готова отдать записи своих разговоров с Толиком, где он четко инструктирует её, что говорить и как себя вести.

— У неё есть записи? — я опешила.

— Оказывается, да, — усмехнулся Марат. — Умная девочка. Подстраховалась на случай, если Толик её кинет.

— Не ожидала, — призналась я.

— Люди часто удивляют, — философски заметил Марат. — И в хорошую сторону, и в плохую. Ваш муж, например, удивил меня своей наглостью. Но Полина — своей предусмотрительностью.

— Что теперь будет? — спросила я.

— Теперь будем готовиться, — он встал. — Я соберу все материалы, передам их вашему новому адвокату. Кстати, кто он?

— Пока никто, — я замялась. — Я еще не нашла замену Чадову.

— Я могу порекомендовать, — Марат достал визитку. — Это мой старый знакомый, адвокат с двадцатилетним стажем. Специализируется на семейных делах. Выиграл не один десяток процессов, в том числе и против недобросовестных обвинителей. Дорого, но надежно.